Вошедшие в дом женщины разом отбили у него всякое желание размышлять вслух. Увидев чаёвничающего хозяина, они удивлённо переглянулись и дружно отправились мыть руки. Танюшка, справившаяся с этим делом быстрее всех, подскочила к нему и, взбираясь на колени, принялась рассказывать, чем они занимались весь день. Слушая её щебет, Мишка только с улыбкой кивал, прижимая к себе ребёнка.
Настя, с ходу заметив его состояние, присела рядом и, прижавшись к плечу, еле слышно спросила на ухо:
— Случилось чего, Мишенька?
— Нет, устал просто, — улыбнулся парень, обнимая жену.
— Я слышала, солдат много в тайге побили, — вздохнула девушка.
— Знаю. Видел их, — скривился Мишка. — Только двоих убили. Но вымотались они изрядно. Ну не умеют они по тайге ходить. Такое дело с детства учить надо. А их — как кутят слепых в воду.
Мишка отмахнулся и, приложившись к кружке, спросил:
— У вас-то что?
— А что у нас? — удивилась Настя. — Огород обихожен. Сено, что ты накосил, переворошили, дом — полная чаша. Вон с мамой Глашей по лавками прошлись. Ниток да холста купили. Будет чем зимой заняться. Ты бы по осени ещё пера с птицы набрал. Перину ещё одну сшить надо.
— Это кому? — не понял Мишка. — Мы все вроде на перинах спим.
— А ты ничего не видишь? — спросила Настя, лукаво улыбнувшись.
«Вот блин!» — ахнул про себя Мишка, всматриваясь в чуть порозовевшее лицо жены.
— Так ты тяжёлая? — спросил он, чувствуя себя тем самым пресловутым жирафом.
— Ага, — радостно сверкнув глазами, улыбнулась она.
— И в огороде копаешься, — укорил Мишка жену, прижимая её к себе. — Будет вам перо. На три перины соберу.
— Совсем сдурел? Куда столько? — тихо ахнула Настя.
— А чтоб было, — рассмеялся парень, целуя зардевшуюся супругу.
Вошедшая в комнату тётка, увидев эту картину, только довольно улыбнулась и, присев к столу, подпёрла подбородок ладошкой, рассматривая их смеющимися глазами. Потом, улыбнувшись, Глафира не спеша налила себе чаю и, оглядев стол, притворно вздохнула:
— А я думала, праздник в доме будет.
— Издеваешься? — так же делано возмутился Мишка. — Кто на кухне хозяйка? Я или клопы?
— Какие клопы? Ты чего несёшь? — тут же возмутилась Глафира. — У нас клопов отродясь не было.
— Значит, мыши, — кивнул Мишка, пряча улыбку. — Говорил ведь, котейку заводить надо.
— Миша, я тебе сейчас в лоб этой миской дам, — пригрозила тётка.
— А чего тогда вопросы странные спрашиваешь? — поддел её парень. — Вот устроили бы праздник да шепнули, с чего, вот и порадовался бы. А то развели секреты, а я догадывайся.
— Будет вам праздник. Завтра, — рассмеявшись, махнула Глафира рукой.
— А не рано тебе? — повернувшись к жене, спросил Мишка, разом вспомнив свои опасения.
— Как Господь дал, так тому и быть, — отрезала Глафира неожиданно жёстко. — И перестань в бабьи дела влезать. Мы в твой сарай к железкам не лезем. Вот и ты в наши дела не лезь. Сами разберёмся. Настя баба сильная. Молодая. Тем более что второго уже понесла. Так что, даст бог, всё хорошо будет.
— Ты чего буянишь, мама Глаша? — удивился Мишка такой её реакции.
— Радовался бы, дурень, что Всевышний чрево жены твоей благословил, а он вопросы глупые спрашивает, — зашипела тётка.
— Всё, не голоси, — отмахнулся Мишка. — А вопрос это не глупый, а правильный. За жену беспокоюсь, не за соседку.
— Ну, это да, — закивала тётка, явно смутившись. — Чем в дела наши лезть, лучше коляску толковую собери. А то в телеге ей теперь ездить не след, — тут же нашла она, чем уколоть сына.
— Делается уже, — усмехнулся Мишка. — Завтра в депо съезжу, а потом буду в кузне работать. Цепь с Елисеем делать станем. Он вроде форму уже подходящую сделал.
— А чем тебе те, что в лавках продаются, не подходят? — удивилась женщина.
— Нет. Тут цепь особая нужна. Она только в одну сторону гнётся, а не так, как обычная.
— Это что ж за цепь такая? — вскинула тётка удивлённо брови.
— Помнишь, я тебе однажды велосипед показывал? — улыбнулся Мишка.
— Это на котором телеграфист из депо ездит? — уточнила тётка.
— Ага.
— Ну, помню.
— Вот мне такая же нужна.
— Там всё хитро как-то, — задумалась женщина.
— Ничего там хитрого нет, — отмахнулся Мишка. — Телега наша и та сложнее.
— Да уж, у тебя что ни махина, так страх один. Не знаешь, как и подступиться, — фыркнула Глафира.
— Кому бы говорить, — рассмеялся Мишка. — Вон маслобойку оккупировала и гоняешь её что ни день.
— Как научил, так и гоняю, — не осталась тётка в долгу.
— Тятя, а я когда замуж выйду, у меня тоже маленький будет? — звонко спросила Танюшка, и взрослые дружно хрюкнули, растерявшись от такого вопроса.
— Конечно, будет, милая, — справившись с собой, ответил Мишка, обнимая дочку.
— Это хорошо. Это правильно, — чуть подумав, кивнул ребёнок.
— А ты никак уже замуж собралась? — осторожно поддел её Мишка. — Это что ж, мне пора приданое готовить?
— Думаю ещё, — с серьёзной моськой ответила Танюшка.
— А что так? Жених не нравится? — давясь от смеха, спросил Мишка.
— Вроде нравится, но он дурной какой-то, — выдала Танюшка, и взрослые, не удержавшись, покатились со смеху.
