К этому времени все работники цирка получили распоряжение готовиться к сильному дождю. Никто и не волновался даже, хотя и существовала вероятность размытия дорожек, ведущих к «Горе» и подтопления некоторых шатров. Каждый циркач, проведший в «Парадизе» хотя бы год, поскольку для того, чтобы испытать абсолютно все (ну, почти, в данном случае имеются ввиду возможные для Франции) природные шалости, требовалось в бродячем цирке весь годичный цикл пережить, очень четко осознавал, что в случае опасности проливного дождя следовало делать и как себя надо было вести, чтобы ни самому не испугаться вероятного промокания шатра, ни товарищей своих не бросить в беде, если уж они поддадутся панике, которой совершенно нельзя было допустить, потому как паника, как известно, имеет свойство крайне быстро распространяться среди людей, и чем больше толпа, тем сильнее и бесконтрольнее паника могла возникнуть. И большинству людей было известно, что у каждого шатра имелся дополнительный настил, состоявший из многослойного брезента. Такой настил в обычное время хранился в специальном мешке, закрепленном у каждого шатра. Если шатер был больше, чем среднестатистический жилой, использовали несколько брезентовых настилов. В случае приближения дождя или сильного снегопада данными настилами покрывали крыши шатров, и, таким образом, сам шатер оказывался защищен от промокания сверху. У шатров, в которых проживали сотрудники, если можно так выразиться, высшего класса, помимо и без этого многослойных тканевых крыш, брезентовый настил был более толстый и набрасывался еще и на стены шатра. Ну а цирковые шапито в защитном настиле не нуждались, поскольку и так состояли из очень плотной ткани. Больше всего в такие периоды беспокойной погоды переживали повара, которым предстояло продолжать работать на кухне и готовить еду для цирка, да и к тому же в условиях дождя, обещавшего быть безжалостным ко всем, судя по гипертрофированным тучам, слившимся в единую непроглядную бездну. И пускай опасности для цирковой кухни в действительности совершенно никакой не существовало, потому как о защите кухонных шатров также позаботились, всякий подобный раз повара начинали нервничать, постоянно приговаривая: «Как бы чего не вышло, упаси нас Господь, без еды же останемся!»
Омар, живший в цирке всего третий месяц, не вполне представлял себе весь процесс, что начался сразу же, как только особый колокол, расположенный на вершине Большого шапито, четыре раза прозвонил, тем самым дав сигнал о надвигающимся сильном дожде. Данная система оповещения была разработана ныне покойным главным инженером цирка месье Везалем, который решил таким образом уничтожить семена возможной паники в любых ситуациях. И по этой системе, как указывал Везаль, например, три удара символизировали о надвигающемся урагане, а пять ударов – о возникшем внутри цирка пожаре. Стоит отдать должное покойному Везалю – система прекрасно работала. Благодаря ударам колокола паники действительно не возникло, и никому не пришлось драть горло, чтобы оповестить каждый «квартал». Но для бен Али подобная ситуация оказалась в новинку, что вполне оправдано. Однако он, услышав четыре звонких удара, сообразил, что произошла неприятность, и потому поспешил к человеку, который мог поведать ему все – к Альфонсу Лорнау. Тот к этому моменту уже набросил на свой шатер дополнительный защитный настил, и быстро объяснил Омару, что случилось и что необходимо предпринять. Попросив помощи у пары охранников, поставленных следить за той частью цирка, в которой стоял шатер бен Али, он вместе с ними набросил нужный настил, после чего приготовился ждать дождя. Терпение его, меж тем, решило иначе и кончилось буквально через пять минут, заставив араба выбежать из своего шатра и отправиться на помощь остальным циркачам. И она, эта его помощь, вполне могла пригодиться многим из них, поскольку не каждый человек обладал достаточной силой или достаточным ростом, чтобы правильно разложить настил на крыше шатра. Например, особенная помощь требовалась женщинам и девушкам. Естественно, Клэр, будучи девушкой самостоятельной и способностями не обделенной, всю работу сделала сама, а также многим и помощь оказала. Ее примеру последовала Катрин, которая едва не всадила ножницы в спину одного из униформистов, настойчиво желавшего помочь. Парень наверняка после этого еще долго будет обходить ее шатер стороной.
Таким образом, цирк оказался полностью готов ко встрече с ливнем. И в тот момент, когда Марин подходила к шатру отца, который, позволю напомнить, часто называли особняком, одинокие, едва заметные капельки дождя уже начинали падать на землю, словно лазутчики, посланные самой природой, чтобы выяснить, насколько циркачи готовы к ее явлению. Видимо, природе не понравилась излишняя щепетильность покойного Везаля, и потому с каждой последующей минутой земля становилась все менее и менее сухой, и вместе с этим начиналось очередное испытание для брезентовых настилов.