Он был одет в крепкие походные штаны с высокими сапогами, но обнажен по пояс. На запястьях много фенечек, рубашка повязана на поясе. Его тело хотелось разглядывать долго. Оно притягивало взгляд идеальными линиями, формами, рельефами. Мышцы на груди выпуклые, накачанные, обкатанные, словно морская галька. В этом он был похож на индейцев: растительности на груди, спине, руках и ногах у них не было, да и бороды они не носили. Но несмотря на то, что он был смуглый от загара и обладал африканскими чертами лица, все же он был белокожим. Потому-то так и выделялись на лице большие глаза насыщенно-зеленого цвета.
Сандра ломала голову, где она видела подобное лицо, ведь смутно он показался ей знакомым. Скорее всего, она мысленно скопировала его внешность с какой-нибудь фотомодели или актера, которого видела мельком. Слишком малы были шансы, что ее фантазия могла создать такой экзотический типаж сама по себе.
Поймав ее взгляд, воображаемый мужчина вдруг кивнул ей. Сандра торопливо повернулась к нему спиной и догнала Росалию, которая шла рядом с шаманом.
– Как мы узнаем, куда идти? – спросила она у Росалии.
– Охотники всегда оставляют приметы, чтобы вернуться. А нам и вовсе повезло: путь прошли туда и обратно. Вот если Рубен и остальные пошли дальше, то нужно будет смотреть внимательнее.
Сандре же казалось, что никакой дороги, пути, примет и следов она не видит. И окажись она в сельве одна, ни за что бы не догадалась, куда идти. Практически сразу же, как только они отдалились от деревни и углубились в сельву, небо совсем исчезло над головой, солнце сюда не проникало, влажная полутьма с тысячами голодных москитов окутывала их со всех сторон.
– Никуда не уходи от нас, здесь можно пройти мимо друг друга в двадцати шагах и ничего не услышать. Сельва приглушает посторонние звуки своей собственной музыкой, – сказала Росалия.
Сандра кивнула. Музыка сельвы была многообразна и казалась какофоничной, если пытаться услышать каждый звук по отдельности. Но вместе шум от насекомых, птиц и зверей сливался в единую симфонию, подобно оркестру, в котором каждый исполняет только свою партию, следуя общему замыслу дирижера.
Чтобы отвлечь мысли от постоянных переживаний за жизнь Джейка и от страха перед своим очевидным сумасшествием, Сандра через Росалию обратилась к шаману:
– А что еще ты знаешь про Маноа, Тео? помимо легенды про хранителей?
Тео пожевал губы и, не сбавляя шага, который для старика был резвым и бодрым, вытащил из мешочка на поясе немного листьев коки[6] и положил их в рот.
– Много легенд есть об этом городе. Какие-то пришли к нам вслед за индейцами, какие-то вслед за белыми. Раз есть хранители, значит, есть возможность обойти их и попасть в золотой город. Вот об этом-то и спорят мечтатели.
– Неужели никто не добрался до Маноа, если он есть на самом деле?
– Добраться, возможно, и добрался. Но вот вернуться и рассказать… да еще доказать… Вот это сложно.
– Ну а мечтатели что говорят? – Сандре было досадно, что Тео так размыто отвечает на вопросы. Сейчас больше всего хотелось поверить, что Эльдорадо существует, что они все, включая Джейка, Рубена, Тео и остальных, приближаются к легендарному месту. Если это правда, возможно, у них впереди потрясающие открытия. И несмотря на опасности и лишения, этот поход будет не напрасным.
– Есть одно только место, через которое можно пройти в Маноа. Это арка богов. Необходимо дать всем богам что-то, чтобы они пропустили тебя в Маноа.
– Что же им нужно? – спросила с любопытством Сандра.
– Арка состоит из трех граней. Как и мир в представлении инков. Первая грань – мир наверху. Чтобы войти в него, нужно перейти мост, сделанный из волос праведников. Этот мир мы можем видеть, но не можем контролировать. Там обитают Виракоча – бог-создатель, Инти – бог солнца, Мама Килла – богиня луны и защитница женщин. Вторая грань – мир здешний, где мы живем. Мир видимый и контролируемый. Там обитает Пачамама – мать-земля, Париякака – бог вод. И третий мир – мир невидимый и неконтролируемый. Подземный. Там живут Мамакоча – богиня бурь и Пачакамак – тот, что сотрясает землю. А вот что им нужно – это каждый, кто хочет войти в Маноа, должен решить для себя сам, – хитро улыбнулся Тео. – Много преданий связано с золотым городом. Будто по пути к нему цветут цветы, которые даже ночью можно увидеть. Вступая на путь к Маноа, как правило, люди обрекают себя на гибель, ведь хранители не дремлют.
– Думаешь, Джейк и остальные слишком близко подошли к Маноа? – спросила Сандра. Фраза про цветы напомнила ей о лиане со светящимися соцветиями, про которую рассказывал Джейк.
– Так вот что они искали? Город из золота? – вдруг вмешалась Росалия. – Неужели гринго так глуп, что поверил в эти сказки? Да еще Рубена в это ввязал!
Сандра прикусила язык. Она не хотела выдавать цель поисков Джейка, только хотела побольше разузнать про Маноа, понять, что об Эльдорадо думают местные. Но Росалия уже быстро говорила о чем-то с Тео. Шаман кивал, задумчиво жуя листья и посматривая с хитрецой на Сандру.
