– …путь, полный опасностей, – закончила Росалия, когда ветер стих так же внезапно, как и начался.
Сандра заметила, как индианка встретилась взглядом с Тео, и тот слегка кивнул.
– Сельва вам что-то сказала? – встревоженно спросила Сандра, замечая, как до сих пор не замечавшие ничего мужчины вдруг потянулись к копьям и стали подниматься с земли.
Росалия вместо ответа взяла ее за руку и потянула за собой. Вся группа инстинктивно собралась вместе. Сандра и Росалия оказались посередине группы, а Тео, Вао Омеде и шестеро охотников настороженно смотрели по всем направлениям.
Росалия ощущала, как каждый волос на теле становится дыбом, как обостряются все ощущения. Она понимала, что они не похожи на те, что человек испытывает, когда охотится. Это добыча волнуется, принюхивается и озирается по сторонам. Хищник смотрит только на добычу…
Все тело звенело от напряжения и готовности броситься в бой или бежать. Росалия сжимала до боли рукоять своего ножа, но больше надеялась на охотников с копьями.
– Это тагаери? – услышала она вопрос Сандры и покачала головой.
Если бы это были они… было бы даже проще. Опасность никуда бы не делась, но ее легко бы было увидеть, а потом еще попробовать договориться. Но сейчас создавалось впечатление, что опасность – это ветер, раскачивающий ветки и срывающий листья, это стаи поднимающихся с воплями в полет птиц, это шорохи в сельве, которые она не может объяснить. Даже не шорохи, а шепот. Только вот языка она не понимает.
Внезапно что-то мелькнуло среди листвы. Потом в другом месте… Росалия озиралась вокруг, отвлекалась на новое движение, и понимала, что их окружили. Что бы это ни было, оно здесь.
Тео вдруг достал погремушку: на деревянную рукоять надето колесо с прикрепленными высушенными клювами птиц. Росалия ее видела как-то у него в хижине, но он никогда ее не использовал. Шаман начал потрясать ей, создавая особый, рассыпающийся и шуршащий звук, словно постукивание и шелест в одной мелодии. И запел монотонное приветствие духам:
– Мы пришли сюда для того, чтобы увести тех, кто прошел здесь раньше нас. Мы хотим того же, что и вы – тишины этому месту. Нам нужно лишь разрешение на вход и выход. Мы пришли и уйдем, не забрав ничего, что было здесь до прихода наших людей.
Он напевал монотонную песню, а охотники все плотнее сжимали кольцо: слишком странным было движение в сельве. Словно ветер бегал по кругу вокруг них, раздумывая, уничтожить или дать проход. Напряжение приближалось к точке кипения: Росалия видела, что Сандра близка к панике: ее широко раскрытые глаза и частое дыхание выдавали ужас, который она испытывала. И Росалии ее ощущения были знакомы: куда проще локализовать источник своего страха, дать ему имя, понять его размер и опасность, чем пытаться разглядеть, кто шевелит и гнет с такой нечеловеческой и незвериной скоростью кустарники вокруг.
Тео начал прикрикивать в напеве, потрясая все сильнее погремушкой. От ее перестука мурашки бежали по коже. Росалия знала от Тео, что есть звуки, которые способны пробрать до души, но наивно считала, что это лишь образное выражение. Как бы не так. Шелест высушенных птичьих клювов будоражил все внутренние страхи и суеверия, поднимая их на поверхность. Росалия спросила себя, зачем Тео пробуждает страхи в своих спутниках, ведь это может помешать им обороняться. Индейцы с выпученными от ужаса глазами были уже готовы в панике бросить все и бежать навстречу опасности. Сандра вся взмокла от страха: над губой блестели бисеринки пота.
Только Тео и Вао Омеде не боялись. Человек леса спокойно наблюдал за сельвой, а Тео был слишком занят колдовством.
И тут Росалия почувствовала, как ее ужас отделяется от тела, выходит из него и призрачной дымкой улетает туда, где шевелился кустарник. Стало вдруг спокойно и хорошо. Сознание прояснилось, мысли снова стали подчиняться ее воле, тело расслабилось. Судя по выдоху Сандры, она тоже расслабилась. И шевеление в кустах стихло.
Тео открыл глаза и посмотрел на остальных.
– Духи смерти проникают в наши тела через страхи. Мне пришлось очистить вас от них, чтобы уговорить их уйти. Важно выполнить данное мной сельве обещание: ничего не забрать из того, что будет найдено за пределами этого места.
После пережитого ужаса Сандра уже более спокойно приблизилась к Диего, чтобы поговорить.
Он сидел на стволе упавшего дерева и смотрел в одну точку. Сандра поражалась тому, с каким стоическим спокойствием он относится к летающим вокруг комарам и гнусу. Она присела робко на этот же ствол, но чуть подальше от него.
– Мне как-то неловко начинать этот разговор, – произнесла она, глядя прямо перед собой. – Видишь ли… в этой поездке я стала путать и забывать вещи… и подумала, что мое воображение разыгралось… Я не понимала, что ты настоящий. Честно говоря, даже не представляю, как такое возможно. Я будто находилась в полусне всякий раз, как ты был рядом. А потом ты исчезал также внезапно, как и появлялся. И мне было удобнее думать, что ты лишь моя галлюцинация.
