Сандра молчаливо с ним согласилась. Постепенно она привыкала к компании Диего. Он старался держаться с ней дружески, но на расстоянии, и она была ему за это признательна. За то время, что они прошли, он не пытался к ней приставать или намекать на продолжение жарких встреч. Сандра была ему за это благодарна. Ее страхи рассеивались, становилось спокойнее. К тому же пришло полное осознание, что половина того, что она считала проявлением безумия, реальна. И оставалось только понять, что именно приводило к ее рассеянности и забывчивости в путешествии и почему она не помнит, как накричала на Джейка в палатке.
Возможно, она в последнее время слишком дерганная, нервная. В глубине души Сандра с начала отношений с Джейком надеялась, что он оценит ее творчество, поймет, что ради него она отказалась от кочевой жизни. Но Джейк считал, что Сандра просто боялась признаться себе, что переезды и путешествия не принесли ей удовлетворения, что ей нужно было где-то осесть. И она выбрала Нью-Йорк просто потому, что можно было обратиться за поддержкой к отцу. Сандра это отрицала, но в глубине души знала, что Джейк прав. И это было первое внутреннее противоречие, из-за которого она страдала. Кочевая жизнь не приносила ей уверенности в завтрашнем дне, определенности и ощущения надежной опоры. Сандре иногда думалось, что если бы финансовая сторона была решена, то ей бы жилось в путешествиях гораздо проще. Но еще она понимала, что постоянная смена мест не дает возможности обзавестись друзьями и знакомыми, даже такие мелочи, как проверенный парикмахер или стоматолог, становятся недоступной роскошью. Джейк считал, что Сандра просто бежит от самой себя, от отношений, потому что не смогла себя найти, а отношения внушают ей страх.
Сандра же искала в Джейке все то, чего ей не хватало: надежность, спокойствие, тихую гавань и крепкие отношения. Она искала причину, которая может оправдать оседлость. Ведь если она просто осядет в грязном Нью-Йорке и будет работать в забегаловке – это одно, а если она останется в городе ради любимого человека, крепких отношений и нового жизненного этапа – это уже другое.
Незадолго до их отправления в Эквадор Джейк пригласил ее в ресторан, и Сандра подумала, что он сделает ей предложение.
Когда же вечер прошел в приятной беседе и завершился прогулкой, Сандра поняла, что ошиблась. Но после она начала ловить себя на том, что стоило Джейку сказать что-то типа «мне нужно кое-что тебе сказать» или «у меня к тебе есть предложение», как первая мысль, которая мелькала у нее в голове, была о замужестве. Но это оказывались совсем другие темы, и Сандра иногда спрашивала себя, почему вдруг так жаждет услышать предложение от Джейка. И почему так боится его потерять.
Да, он олицетворял собой все то, что ей нравилось в мужчинах: красивый, спортивный, хорошо одевается, работает на высокой должности и хорошо обеспечен, у него есть увлечения и интересы, он хорош в постели, заботлив и ласков с ней. И Сандра думала, что Джейк – ее билет в страну спокойствия, в места, где она не бывала никогда.
Все ее прошлое было исполосовано переменами: развод родителей, возвращение матери в Италию, новая страна, новый язык, потом долгие странствия, встречи и расставания. Иногда Сандра думала, что равновесие, размеренная жизнь – это не для нее. Она перекати-поле и всегда им будет. Но Джейк показал ей совсем другое. Он мог крепко обнять ее и убедить, что все хорошо, что ей не о чем беспокоиться, и он все возьмет на себя. Даже эту ее поездку с ним он оплачивал полностью, хотя Сандре было очень неудобно: она привыкла быть независимой. Но пришлось признать, что у нее не хватило бы средств на такое путешествие, да и из кафе пришлось уволиться: у нее не было возможности взять такой длительный отпуск. Она снова бросила все, но теперь не была одна. Рядом с ней был сильный и заботливый мужчина. Так почему же она продолжает нервничать и даже ведет себя так странно?
Сандра считала, что ответ может быть один: она до отчаяния и ужаса боится потерять Джейка. Если он исчезнет из ее жизни, исчезнет устойчивость, и ее гавань спокойствия снова будет недостижима, а Сандре опять придется бороться с волнами нестабильности в одиночку.
Росалия наблюдала за Сандрой и человеком леса: со стороны казалось, что оба пришли к некому соглашению и общались уравновешенно, без эмоциональных взрывов и повышения голоса.
– Она стала спокойнее, – заметила Росалия, обращаясь к шаману.
Тео одобрительно кивнул и через некоторое время ответил:
– Вао Омеде на нее хорошо влияет. Ее страх ушел.
– Это не он, а то, что она больше не считает его за проявление своего бреда, – заметила Росалия.
– Нам это на руку, – ответил Тео. – Чем спокойнее будет Сандра, тем выше наши шансы вернуться в деревню.
– Тео, ты так и не сказал толком, как она связана с лесом. Страхи ее – это понятно, сельве страхи не нравятся, но Сандра сама по себе – почему нужна сельве?
– Если бы я знал ответы на все вопросы, Росалия, я бы умер молодым от скуки, – проворчал Тео, тяжело ступая по влажной почве.
