— Ложь они почувствуют сразу. А утаивание? Кто еще приехал вместе с этим странным Эрихом? — Рома дотянулся до нахохлившегося Аяна и пригладил прядки, заработав слабую теплую улыбку.
— Вот это я понимаю, работа с талантом, — вздохнул Сима.
— Да, есть такое, — кивнул Анжей. — Потому нас и удивило что Линдстрем не работал ни с тобой, ни с Ромой. — Ладно, это все лирика. Я, правда, не знаю кто еще приехал. Комиссия будто в засаде сидит, а через планар сейчас никуда не сунешься. Он заблокирован наглухо.
— Да даже если бы открыт был, я бы туда и сам не сунулся, не хочу убиться во цвете лет, — хмыкнул Рома. — Ладно, парни, хорошо с вами, но раз каникулы таки отменили, я бы пошел вздремнуть еще немного. Сил там набраться, морально приготовиться…
— Ты же, когда проснулся, был самым голодным Ромой на свете, — возмутился Сима, доставая с импровизированного стола свернутый конвертом блинчик с начинкой. — Съешь и вали спать. Так и быть. Я тебя даже одеялом укрою.
— Лучше сам одеялом поработай, для связи гораздо полезней, — фыркнул Матей.
— А кто это у нас тут свахой работает? Красивый такой? Чувственный. Бог в постели. М?.. — Анж подмигнул пунцовеющему Симе и, потянувшись, невесомо губами коснулся губ Матея.
— Да ну вас, не слушай злых дядей, солнышко, лопай давай, и на бочок! — Бехерович сильнее обнял Ромку, вручая ему блинчик.
— Крепче держи, — тут же среагировал Айвен. — А то уведут злые дяди, плохому научат. Чему еще не успели.
Рома демонстративно закатил глаза и впился зубами в несчастный блинчик.
— Обещаете все только…
— Ты что, еще не всему плохому научил малыша? — округлил глаза Санада. С учетом разреза глаз у него это получилось весьма забавно.
— А ты вообще чему-то плохому его учил? — прищурился Тимур.
— Ну, учил. Но всего разочек. Материал пройденный не закрепляли, — жеманно улыбнулся Анжей.
— Ну никакой конспирации, — вздохнул Рома почти горестно, дожевывая свой блинчик. — Все, Серафим, квест выполнен, где моя награда?
К концу обсуждения Сима был багровый. И все-таки нашел в себе силы подняться с дивана, шутовски раскланяться со всеми и подать Ромке руку.
— Молодца, так держать, — ободряюще кивнул Тимур, на что Бехерович слабо улыбнулся. Ага, держать удар. Особо когда выяснили, с кем же спал Ромка. С Анжем! С поляком, твою мать!
— Просил же оператора моего не обижать, — вздохнул Рома, сжал пальцы Симы и рывком поднялся с места. — Всем удачи, держите в курсе, если что. Пошли, Серафим, укроешь меня одеялком, чтобы злые дяди не утащили.
Матей в ответ только хмыкнул, Айвен отсалютовал, а Аян с силой закусил губу, косясь на Анжея.
Коля пел, Борис молчал, Николай ногой качал…
В комнате было почти тихо. Голоса из гостиной слышались как сквозь толстое уютное одеяло. Но сил «держать лицо» уже не было.
— Ты спал с Анжем? — только и выдохнул Сима, сдергивая с кровати Ромки покрывало-плед. — Че, серьезно?
— Тебя напрягает сам факт или кто именно? — Рома подошел к окну, осторожно выглянул, поморщившись. — Опять метет.
— Хер его знает, — Сима замер, так и не выпустив их рук уголок мягкой шерстяной ткани. — Мы вроде как не встречались, вроде как не были гм… парой… по идее, меня вообще нифига не должно напрягать.
— Ты же знаешь, что наличие связки не означает необходимость быть именно парой? — Рома повернулся к нему, глядя с усталым интересом. — Это ни к чему тебя не обязывает, Сима. А Анж… Я просто знал, что он все сделает так, как надо.
— Знаю, — кивнул Сима, а потом окинул комнату взглядом. — Надо будет сделать перестановку. Кровати сдвинуть. А то как-то неправильно все. Не так как надо.
Рома вскинул бровь и подошел к нему, заглядывая в глаза.
— Неправильно? — нерешительно поднял руку, поколебался, но все-таки накрыл ладонью солнечное сплетение. — А как правильно? Сим, ты же от любого… намека, как от огня шарахался.
— Я не знаю, Рома. Я понятия не имею как правильно.
Он потянулся вперед, обнял Ромку одной рукой за талию и уткнулся лицом в его плечо. Не то чтоб спокойней. Не то чтоб нестрашно. Но определенно лучше.
Рома хмыкнул и обнял его в ответ, уткнувшись лицом в кудрявую макушку.
— Значит, будем экспериментировать. Мне нравится твоя идея с кроватями.
— Ложись, солнце. Правда. Отдыхай. Я… если хочешь, буду рядом. Типа сон беречь, — выдохнул Сима. — Я боялся за тебя. Черт, я так испугался, правда.
— Думаешь, сопрет кто мой сон? — Рома потерся носом о висок, невесомо скользнул губами по тонкой коже. — Тогда хочу. Чтобы рядом.
— А вдруг? — Симеон неловко тронул губами его скулу и осторожно отстранился. Сделал шаг назад и принялся выпутываться из толстовки, отбросил ее на свою кровать, оставшись в футболке. — Прецедент уже есть. — Он замер, коснувшись пряжки своего ремня, и бросил неуверенный взгляд на Ромку.
Тот криво усмехнулся:
— Я твою девственность не трону, обещаю, — отвернулся, стягивая собственную футболку. — И зачем только переодевался?
