— Если ты забыл, то я в себя пришел по факту минут двадцать назад, — буркнул Рома. — И все пропустил, — откинул одеяло, выбрался из кровати, пытаясь пригладить взъерошенные волосы, и принялся озираться в поисках одежды. Увидел свой маскарадный костюм, хмыкнул, но к брюкам потянулся. — Жаль только, что сейчас ничего не проверишь. Хотя все равно странно. Это не потому, что ректор свалил, а ты типа бесхозным остался?
— А я и так ничейный мальчик. Свой собственный, — показал ему язык Сима, закрывая термос. — Но ты все равно мой оракул. Пииифияяяя, гы-гы.
Рома покосился на него, натянул китель и развернулся, зевая.
— И что это ты такой счастливый?
— Так тебя ж разбудил. Я не прекрасный прЫнц, и будил не поцелуями, но все фигня, главное, что ты восстал! И вообще, жратвы в блок Чед захватит, а Тим, думаю, уже ждет. Ну и Сказочник со своими эльфами прийти должен. Тебе совсем не интересно их послушать? Без нас же начнут! — тормошил его Сима.
— Не начнут, — заявил Рома. — Анжей точно не начнет, а остальные спорить с ним не будут. Да и переодеться надо, а то отшучиваться достанет. Все, Серафим, перебежками.
— Ну, давай перебежками, — Сима набросил ему на плечи свою куртку, а сам замотался в шарф и только тогда, обняв термос, выскользнул в коридор.
Выбирались оперативно. В паре палат все еще бессовестно спали маскарадные страдальцы. Хотя по большей части студентов отправили по блокам. Опасности для здоровья и жизни больше нет, а усталость лечится плотным обедом и сном.
На улице все еще мело. И мело основательно. Во внутреннем дворике сугробы были выше колена, и несколько подсобных рабочих безуспешно расчищали хотя бы необходимый для передвижения минимум пространства. К счастью, обошлось без пробуксовки и спустя пять минут они ввалились в блок общежитий, отряхиваясь от снега и смахивая колючие снежинки с лиц.
— Ну не блядство ли? — Бехерович раздраженно потряс головой, отчего с кучеряшек на пол просыпался натуральный снегопад.
— Скорее, материалист поработал, — Рома стряхнул с себя куртку, отдал ее Симе, забрав взамен термос. — Тихо. Дрыхнут все, что ли? Ну, смотри, Сима, если меня там Тимурчик за накрытым столом ждать не будет, придется тебе топать в столовку.
«Стол» был накрыт в лучших традициях древнегреческих «симпозиумов». Прям на полу, на расстеленных салфетках. Правда водочки, черного хлебушка и селедочки с лучком там не было. Сам Ширинский сидел на подушке, подобрав ноги по-турецки, и задумчиво жевал соленый огурец.
Рядом в такой же задумчивости застыл поляк. Его огурчик был деликатно наколот на вилочку. И вообще вид Анжей имел сказочный. Теплый пушистый свитер сверху и плед-шотландка снизу. И покрасневший нос.
— Утра доброго, — Сима плюхнулся на диван.
— Доброго, — отозвался Санада, разливающий по толстостенным кружкам ароматный облепиховый чай.
— Прям идиллия, — кивнул Рома, взъерошил волосы дремлющего Аяна и исчез в комнате, крикнув с порога: — Я переодеваться! Оператора моего не обижать!
— Да кто ж рискнет, — меланхолично обронил Тимур. — Я тебя огорчу, я нифига не твой оператор.
— Он уже в курсе, — фыркнул Бехерович, безошибочно выцепив из горки выпечки пирожок с вишнями.
— Откуда? — вскинул бровь татарин, изумленно глядя на него. — Я еще никому не говорил…
— Что, ты уже дожал Арестова? — оживился Анжей.
— Просто его оператор я, — негромко заметил Сима.
— Боюсь тебя огорчить, Сима, но об этом мы тоже уже в курсе, — подал голос Матей, дремавший на плече у японца.
— В этом сумасшедшем доме ничего невозможно утаить. Прям как ежа в мешке, — скорчил мордашку Симеон.
— Все вопросы к Анжу, — тут же отозвался Матей.
— Да ладно вам, какая разница, как? Главное, что это таки случилось. Вы порознь — было что-то в этом неправильное. Ну так что, тебя поздравить? — Айвен вскинул бровь, глядя на Симу с легкой улыбкой.
— Только если разрешишь к тебе за советами бегать. Потому что я ничего не понимаю, как это работает и что с этим делать, — пирожок закончился до обидного быстро. Пришлось приниматься за следующий.
— Ты с ректором совсем не работал? — Айвен кинул на него любопытный взгляд. — Никакой настройки?
— Абсолютно. Насколько я понял, он… искал своего первого оператора. Потому не хотел запечатления, — засопел Сима.
— Сопишь так, словно ты этим фактом очень недоволен, — заметил Матей.
— Нифига. Просто он мог бы хоть немножко порассказывать. Кааароч, Ромка мой Дельфийский оракул и я этому до чертиков рад. Но мы нихрена не настроены друг на друга и я не умею с ним работать. Точка. Обсуждение закончили. Что за фигня происходит? А то к нам какой-то старый хрыч заходил. В руки вазу с лимонными дольками — и вылитый Дамблдор. И к Ромысю приставал, типа хочу глянуть на того, с кого все началось.
— Хочешь, открою страшную тайну? — хмыкнул Матей. — Самый лучший способ настройки — обычный секс.
— Казанова, ну закрыли тему, а!!! — Сима съехал на диване пониже и спрятался за подушку. Анжей засмеялся.
— Он прав, между прочим.
— Угу, наверное. Но давайте лучше о Дамблдоре?
