— Есть хотите? Могу принести что-нибудь из кафе, — снова подал голос Чед. — Ты б шел и ложился спать, Ромка. Выглядишь, правда, паршиво.
— А наш Лорд пойдет общаться с другим британским лордом. Звучит-то как! Лорд Генри Гилрой!
— Завидовать нехорошо, — Рома улыбнулся Чеду. — Буду благодарен. Поможешь? — повернулся он к Симе.
Бехерович широко осклабился, поднялся на ноги и поднял Ромку на руки.
— Глазки закрывааааай, баю-баааай… — провыл он, направляясь в комнату. Кровати он успел сдвинуть за время отсутствия Ромки, равно как и расставить мебель с учетом нововведения. — Мне, пожалуйста, пару отбивных с кукурузой и горошком.
— Верни меня на землю, придурок! — Рома дернулся и затих, испугавшись, что Сима его не удержит. — Ого… А ты время не терял.
— Угу, знервував на чорну сливку* (распсиховался по-черному) — забавно, но уложил Ромку на постель он очень осторожно, и только потом присел на край кровати сам.
— Ром, тебе что принести? — заглянул в комнату Чед.
— Что-нибудь калорийное. И сладкое, — Силиверстов тут же свернулся в клубок, закрывая глаза. — Это действительно так страшно смотрелось? Глаза у тебя, Серафим, были…
— Пиздец как смотрелось, — вздохнул Сима, накрывая его одеялом. — Идет чувак и ты, как привязанный на веревочку зомбик…
Рома вздрогнул и потянул Симу к себе:
— Побудь со мной. Хреново просто. А с тобой легче.
— Отбивные с доставкой, так что… двигайся, будем валяться дальше, — улыбнулся Сима, склоняясь к нему и с нежностью касаясь губами лба.
Рома откатился, открывая глаза и поблескивая ими сквозь ресницы.
— Я чувствую тебя. Действительно чувствую. По-настоящему. И я теперь понимаю и ректора, и Анжа.
Сима вытянулся на постели поверх одеяла и обнял Ромку.
— Спи. Мы со всем разберемся и со всем справимся. Я твой оператор. Ты мой оракул. Мы вместе. Два в одном. И я тебя никому не позволю обижать. Так что спи.
— Только разбуди, когда Чед вернется, — пробормотал Ромка, поерзал под одеялом и уютно засопел, мгновенно проваливаясь в сон.
В кафе было на удивление людно. То ли по причине холода, то ли по причине отмененных каникул. В основном народ кучковался по углам, собираясь в привычные группы. Густо пахло кофе и корицей. Ну да… Рождество ж. Только веселья что-то маловато.
За столиком в центре, тем не менее, тоже сидели. Мартин, медик который привел Рому в блок, и тот самый мистер Гилрой. Генри Гилрой. И снова острый укол узнавания. Ведь видел же где-то! Вот только где?
Чед подошел к раздаче, быстро собрал заказ для Симы, выбрал для Ромки кусочки курицы в карамельном соусе, меренги и горячий шоколад, попросил все упаковать с собой и задумался. С одной стороны как-то неприлично подойти к членам комиссии в кризисной ситуации и начинать расспрашивать о том, каким образом можно разобраться с собственным «плато». С другой же мистер Мартин прав: ждать этой самой провокации можно, как говорит Сима — до новых веников, что бы это не означало. А мистер Шеннон до чертиков не любил оставаться в отстающих.
Выбрав себе легкий салат со стейком из форели, Чед решительным шагом направился к столику, занятому членами комиссии, тихо радуясь, что нигде поблизости не наблюдается мистер Ллойд.
— Доброго дня, джентльмены… я не помешаю? Мне хотелось бы поговорить с вами, мистер Гилрой…
Тот слегка опешил, но быстро взял себя в руки. Блеснул стеклами очков и, подвинув свой поднос, под тихий смех Мартина чопорно произнес:
— Конечно, сэр. Человек, столь решительно настроенный должен быть выслушан незамедлительно.
На миг Чед растерялся. Не нашелся сразу что сказать. Не издевка ведь? Нет. Точно нет. Болезненные горькие шпильки он давно научился различать и принимать. «Держать удар», — как говорил Тимур. Здесь что-то иное.
Он деликатно присел на краешек свободного стула, сдвинул на краешек же стола свой поднос.
— Я понимаю что должно быть сейчас не лучшее время для вопросов, но иного случая поговорить со сторонним наблюдателем у меня может не представиться, а преподаватели о нашем потенциале, как правило молчат, так что мистер Мартин любезно сообщил о том, что мой потенциал как вероятного материалиста высок, но для его развития и совершенствования мне необходим некий толчок…
Гилрой покосился на Мартина и хмыкнул:
— Мистер Мартин абсолютно прав, мистер Шеннон. У вас действительно очень высокий потенциал, но он у вас… спит. Обычно таким толчком является вступительный тест. Потом — первый урок Введения. В вашем же случае, видимо, ваш дар… просачивался еще до вашей официальной инициализации. Поэтому толчка не произошло. И в филиале вам не встретился тот, кто дал бы вам этот толчок. Обычно это угроза. Или сильное чувство.
— А… — Чед рассеяно поковырял вилкой стейк и поднял взгляд на Гилроя. Ярко-синий взгляд за стеклами очков. На него даже не натыкаешься. На него с разгону напарываешься. — Были ли случаи, когда дар так и не просыпался? В смысле, когда за все время учебы не случалось толчков?
