— У каждого свой собственный тип мышления, — заметил сопровождающий, поднимая табличку точно бодрое знамя революции. — Вот вы, господин Силиверстов, уверен, мыслите значительно шире. А господин Бехерович мыслит быстро, и оптимально-прямолинейно. Ему так удобнее. Вам — иначе.
И тут же бойко зачастил по-английски, широко улыбаясь растерянно оглядывающемуся по сторонам парню.
Высокий, худощавый, тот тем не менее с легкостью удерживал в руке большую и явно тяжелую спортивную сумку. Обычные джинсы, обычный реглан, стоптанные кроссовки. Каштановые волосы собраны в хвост. Он улыбнулся, обнаружив наконец маленькую делегацию и направился к ним. Подойдя ближе представился, немного неловко.
— Чед Шеннон. Из Великобритании.
— Графьев прибыло, — Сима протянул ему руку и с чувством пожал, представляясь честь по чести.
— И снова — завидовать нехорошо, — Ромка улыбнулся, пожимая протянутую руку и представившись коротким именем. Подзабытые слова английского вспоминались на удивление быстро. А еще парень ему понравился. Как-то сразу. Не было в нем тяжеловесности «встречающего», который, кстати, так и не удосужился представиться, и почти нарочитой отвязности Симы. Не граф, но истинный англичанин — точно.
— Итак, господа, поскольку все в сборе, позвольте представиться, Александр Лемешев, преподаю Введение в специальность на первом курсе, — наконец, отрекомендовался синеглазый на чистейшем английском с легким лондонским прононсом. — Также являюсь куратором вашей замечательной группы. Надеюсь, мы с вами установим достаточно теплые и доверительные отношения за время нашего с вами знакомства и сотрудничества. И чтоб совсем уж не терять времени, прошу следовать за мной, нас ждет машина.
Машина и впрямь ждала. Вполне себе комфортный микробусик, водитель которого с готовностью сложил не слишком объемный багаж в заднем отсеке. Забавно, но стоило рассесться по местам, как господин Лемешев вручил каждому по термокружке и запаянной коробочке с сэндвичем.
— Каждый из вас подписал договор, получил карту, — между тем продолжал Лемешев, потягивая из собственной кружки кофе. Судя по сладковато-пряному запаху — с корицей. — Вы вправе самостоятельно распоряжаться денежными средствами, контролировать траты никто не будет. Общежитие института абсолютно бесплатно, Интернет есть, питание в кафетерии также для студентов бесплатно. Библиотека, спортзал, все что пожелаете. Существует один запрет. Но запрет очень жесткий, и, к сожалению, оправданный более чем целиком. Студентам запрещено употреблять любые алкогольные напитки. Любые наркотики. То есть если вам захочется побывать в Голландии и там внезапно кто-то продаст вам легальной травки, господа, я не шучу, то для вас это может закончиться летальным исходом…
— Это почему? — нахмурился Сима. В его кружке был чай. Именно такой как он любил: зеленый с тонким нежным вкусом цветов османтуса. Выходит, кто-то задурился и приготовил каждому именно тот напиток, которых тот предпочитал?
— Некоторым образом это связано с вашими способностями. У каждого они свои собственные. Индивидуальные. И поверьте мне, не стоит испытывать себя на прочность. Везение — тонкая штука, — Александр ободряюще улыбнулся англичанину, и мистер Шеннон вернул ему улыбку. Несколько озадаченную, напряженную даже.
А вот Силиверстов хмурился. Кофе ему нравился, хотя с дозировкой сладкого не угадали, а вот сказанное его напрягло. Нет, с наркотой он не дружил, сильным алкоголем — то же, но посидеть с друзьями без пива? Но даже не это напрягло. Угроза в голосе господина Лемешева была вполне нешуточной, чтобы не воспринять ее всерьез. Вкупе с уверениями в потенциале картину все это выдавало страшненькую. По всему выходило, что о нем эти господа знают что-то, чего не знает о себе он сам. А с учетом размера стипендии — это «что-то» кому-то очень нужно. А значит, собрать вещички и свалить в любой момент не выйдет.
— Вы наверное из тех, от кого не уходят? — хмуро, почти угрюмо поинтересовался он, пристально глядя в синие глаза.
Изумление на лице куратора было почти веселым. Не наигранным. Настоящим. И Александр неожиданно легко рассмеялся.
— У вас слишком мрачный настрой, Роман. Отнеситесь к ситуации проще. Никто пользоваться вашей юностью и наивностью не станет. Принуждать… тоже. Открою вам страшную тайну. Я сюда попал с первого курса МГИМО. Было это достаточно давно, но я ни дня не жалею о том, что закончил ИСТ. Учиться здесь по-настоящему интересно. Захватывающе даже, я бы сказал. Закончив институт, вы вольны вернуться домой или получить направление на работу от учебного заведения. Если пожелаете — сможете заняться научной деятельностью. Выбор всегда остается за вами. И со временем вы увидите массу вероятностей. И поймете, что выбор, который вы сделали, единственный оптимальный.
