Но странный институт проверку прошел благополучно. И к числу двадцать пятому Роман имел на руках новенький паспорт, в котором еще не высохла печать на проставленной визе, что было уже из ряда вон, ибо в визовом центре Роман не был, документы не сдавал, а в паспортном столе вообще ни с кем и ни о чем не разговаривал. Из всего этого напрашивался один и хороший, и не очень с точки зрения паранойи вывод. Возможности у Института безграничные, «руки» длинные, и нет ли здесь какого подвоха, ибо с такой скоростью и легкостью заставить работать государственную машину может только само государство. А, значит, и институт этот был не из простых. Мелькала мысль о школе разведки и прочих романтических мальчишеских бреднях, но других объяснений все равно не было. Не то, чтобы Романа это бы остановило, наоборот, он бы вприпрыжку понесся, ибо как раз был романтичным мальчишкой, выросшим на Джеймсе Бонде и Штирлице, но почему-то казалось, что таким простым объяснение быть не может. Хотя бы потому, что ради обучения азам разведки не обязательно уезжать в другую страну. В общем, взвесив все «за» и «против», выдержав недоумение и слезы мамы, любопытство декана и оставляемых друзей-приятелей, утром тридцатого августа он сидел в зале ожидания международного терминала и в который раз спрашивал себя, какого хрена он вообще тут делает. В который раз расписывался в собственном бессилии понять это, но все равно упорно сидел. А потом бежать было поздно. Ибо объявили посадку, и ноги сами понесли его к выходу.
— Сышь, мудачелло, — Марк хлопнул дверью, и как был, обутый, прошествовал по квартире в его комнату. — Тебе письмечишко. Я думал, универы уведомления по почте не присылают. Типа сдал экзамены и аля-улю!..
— Какие универы? — Сима высунулся из-под одеяла. Голова трещала, во рту сухо, но так всегда. На утро хреново, если накануне вечером было просто отлично. Да-да-да, отлииичнооо…
— Тебе письмо. Отправлено из «Института специальных технологий». Это что еще за хрень такая? Отец же тебя в КПИ вроде впихнул.
Брат всем своим немалым раскачанным весом обрушился на разобранный диван поверх закуклившегося Симы и принялся вскрывать пакет. Но тонкая полоска клейкой ленты и какой-то фиксатор совершенно этому не способствовали.
— Западленыш, хоть бы вякнул что куда-то документы подал и прошел!
— Да никуда я документы не подавал! — Сима выцепил пакет из плотной желтой бумаги и втянул его под одеяло, ничуть не заботясь о его целости. Отчаянно хотелось спать. А с программной ошибкой он может разобраться и вечером.
— Вылазь, скотина пьянючая, — Марк сполз с него и, безжалостно содрав одеяло, принялся стаскивать с постели. Ни капли жалости, ни грана человеколюбия!
— Отвали… — Сима наугад лягнулся, но был пойман. Марк выше, крепче, и четыре дня в неделю проводит в качалке, так что с этим лосем справиться попросту невозможно. Нечего и пытаться. Проще отдаться, чем объяснить почему собственно нет. И Сима сдался. Сел на разоренной постели, скрестив ноги по-турецки, и принялся вскрывать пакет. На удивление у него это получилось с первого раза, будто на обычную вощеную бумагу с кучей штемпелей кто-то налепил дорогостоящий девайс с определением отпечатков пальчиков. Бред? Стопудово бред.
Из пакета была вытряхнута ну просто уймища всякого разного. Начиная с письма на красивой желтоватой бумаге с водяными знаками, гербом или символом указанного института и всякими наворотами. И адресовано оно было Бехеровичу Симеону. И никак иначе. Собственно на упомянутого господина Бехеровича был вкусно пахнущий типографской краской билет. Авиабилет. Прилагался к письму список необходимых вещей.
— Бля… Потный Гарри, ты ли это? — заржал Марк, пробежав взглядом по белоснежному листу списка.
— Совы в списке нет? Ну вот и иди нахер, — Сима раздраженно выдрал листок из загребущих лап брательника и продолжил читать.
— Совы нет…, а спицы для вязания есть. Бляяя… специальные технологии… чувак, носки мне пришли из… Берна… — Марк чуть ли не обнюхал конверт. Куча марок, штемпелей, отметок. Дорогая доставка. Официально все, чики-пики.
— Здесь должна была быть табличка с надписью «сарказм», — окинул мрачным взглядом старшего Сима.
— Сука, нахер носки… чувак, тебе стипендию дают. Штука разноцветных европейских шуршашек. Бля… ты в конце учебы себе хату купить сможешь!.. че я не специальный технолог?
— Харизмой не вышел, — договор, карта, еще карта. Обязан хорошо учиться. Размер материальной помощи прямо зависит от прикладываемых к учебе усилий… гарантировано трудоустройство. В почти нищей воюющей стране гарантированное трудоустройство после учебы в МЕЖДУНАРОДНОМ институте — это не просто круто. Совершенно другой вопрос: чему там учат?
— Тридцать первого тебе надо быть… встретит куратор… пипец, малой. Ну че, я тебя поздравляю! Отец озвереет просто.
— Да нахуй его, — Сима сгреб бумажки в одну стопку и глубоко вздохнул. Что угодно, лишь бы от бати подальше. А матери можно будет пару сотен пересылать, чтоб от мудака не зависела. Все остальное херня… херня, Сима, прорвемся…
