– А в Лондоне ты бывал? – вмешался Уилл.
– Дважды, – ответил Киприан. – Просто не…
– Просто не – что?
– Не один.
«Ты и сейчас не один». Так Уилл мог бы сказать кому угодно. Но послушник нарушил приказ, сбежал от Хранителей и сейчас не просто пропускал утреннюю тренировку. Как только его хватятся, то заклеймят как предателя – предателя всего Чертога, освободившего Льва.
Да, с точки зрения Киприана, он и в самом деле остался один, как ни посмотри.
Поэтому Уилл проговорил:
– Мы не обманули тебя. Мы хотим захватить Джеймса и привести его в Чертог.
– Даже Лев недостаточно силён, чтобы одолеть Предателя, – заявил Киприан, держась всё так же настороженно.
– Зато я знаю, как отвлечь его, – сказал Уилл.
Это было правдой – он знал, как выманить Джеймса. Знал, как привлечь его внимание. Эти сведения всплыли интуитивно, как в тот раз, в доках, когда удалось нарушить сосредоточение мистера Кекстона. Уилл понимал, что никогда не забудет тот миг, когда они с Джеймсом встретились взглядами – ощущение было таким, как будто они давно знали друг друга.
По пути в Лондон Уилл рассказал спутникам свой план. Вайолет он не понравился, но других вариантов не было, и девушка это прекрасно понимала.
– Если мы не вернём Маркуса, всё остальное будет неважно, – заявил юноша.
Вайолет, как и он сам, явно тоже вспомнила, что сказала Старейшина: сотворение тени – первый шаг к возвращению Тёмного Короля.
У них был только один шанс пленить Джеймса и узнать местонахождение Маркуса. На кону стояло всё – не только репутация Вайолет и будущее Киприана среди Хранителей.
По прибытии в Лондон девушка переоделась и сразу же слилась с толпой горожан. Послушник же чересчур выделялся – рыцарь родом из легенд, неизвестно как оказавшийся в современном мире. Серебристая туника была, похоже, самым чистым предметом одежды во всём Лондоне и будто излучала свет. Уилла так и подмывало велеть Киприану погасить его.
– Ты похож на бламанже, – заявила Вайолет.
– Я не знаю, что это, – с достоинством сообщил послушник.
– Ну вроде бисквита с кремом, только не такой вкусный, – ответила она и обратилась к Уиллу. – Слушай, а мы ведь можем натереть его грязью, как тогда лошадей.
– Похоже, не только лошадей, – с иронией заметил Киприан.
Вайолет не сразу поняла, что он имел в виду, а когда поняла, её глаза гневно сверкнули:
– Интересно, как бы ты выглядел, если б
– Всё, прекратите оба, – прервал Уилл. – Мы приехали.
Они прибыли на место где-то за полчаса до рассвета. В доках и складах на берегу уже кипела жизнь, но улицы в этой части Лондона оставались безлюдными – свет горел только в паре окон, где кто-то проснулся рано.
– Уверен, что именно ты должен туда пойти? – спросила Вайолет.
– Да, именно я. Ты же знаешь.
Девушка с усилием кивнула. За её спиной стоял Киприан, положив ладонь на рукоять меча.
– Займите позиции, – велел Уилл. – И не поубивайте друг друга, пока не захватим Джеймса.
В тишине колокольчик над дверью прозвенел оглушительно громко. Тёмное помещение заполняли какие-то странные предметы. Уилл вошёл в лондонскую лавку один.
В конторе Роберта Дрейка никого не было, хотя повсюду лежали бледные изогнутые куски костей всевозможных размеров и форм, похожих на надгробные скульптуры. Слоновые бивни, украшенные искусной резьбой, изящные ларцы и множество желтоватых статуэток.
Уилл медленно прошёл внутрь. В дальнем конце магазина располагался прилавок, за которым стояли две огромные корзины, полные рогов – толстых, белых, изогнутых в разные стороны. В задней комнате тускло горел свет. За тёмным деревянным столом на возвышении сидел бледный юноша.
– Эй, – позвал Уилл. – К вам можно?
– Закрыто, – ответили из недр магазина.
– Дверь была не заперта, вот я и подумал, что…
– Я же сказал, закрыто. Можете вернуться в восемь, когда мы… – клерк осёкся, увидев Уилла.
– Я могу как-то убедить вас сделать исключение? – тот положил ладонь на кошель.
Бледный юноша уставился на раннего посетителя через весь магазин, широко распахнув глаза. Лицо юноши в свете единственной лампы походило на белёсое пятно.
Уилл узнал его по рассказам Вайолет – бесцветные черты, жидкие волосы, выбивавшиеся из-под кепи. Это был Девон, клерк Роберта Дрейка, один из так называемых приближённых Саймона. Сердце пропустило пару ударов – всё происходило на самом деле.
– Может быть, за небольшую плату? – Уилл снова тронул кошель, который выглядел вполне увесистым, потому что был наполнен в основном камнями.
– Приношу свои извинения, – после паузы проговорил Девон. – Я вёл себя неподобающе.
Он встал, подхватил лампу, зажёг свечи и прошёл к прилавку. Множество огоньков отражались на поверхности костяных предметов, окружавших их.
– Ваш покорный слуга, – поклонился клерк, не сводя глаз с собеседника.
– Давайте обойдёмся без церемоний, – ответил Уилл.
– Действительно? – удивился Девон. – А почему… зачем вы здесь? – он покосился на кошель, потом на посетителя. – В такой час?
