Вайолет вспомнила, как три всадника с пустым взглядом и в фрагментах брони галопом скакали через топи. Сердце сжалось при мысли о том, что Оставшиеся были уже не людьми, а живой волей древних доспехов, которая всё так же стремилась защищать Тёмного Короля.
– Драться с ними вполне реально, однако отнюдь нелегко, – заметил Джастис. – Потребуются копья и оружие дальнего боя. Приближаться нельзя – даже лёгкое касание смертельно. Возможно, именно так Саймон и понял, где были погребены доспехи. Вокруг них всё увядает. На той земле не росли деревья, и даже птицы не летали над тем местом. – Крайне серьёзным тоном он закончил: – Коли окажетесь вблизи имения и окружающих его скверов, бойтесь мёртвой травы.
«Бойтесь мёртвой травы», – повторила про себя Вайолет, невольно вздрогнув.
Воцарилась тишина. Казалось, Хранители не хотели озвучивать то, с чем больше всего опасались столкнуться.
– А что в-третьих? – спросила девушка.
Леда не ответила, словно ответ вызывал у неё сильную тревогу. Янник и Джастис переглянулись. Молчание затягивалось, и наконец Старейшина проговорила:
– В-третьих – сам Саймон.
Для Вайолет он всегда был чем-то далёким – человеком, на которого её семья работала вот уже много лет. Его окружали слухи и загадки. Кто-то утверждал, что конкуренты Саймона всегда так или иначе становились жертвами каких-то неприятностей, и что опасно было переходить ему дорогу. Пытаясь вообразить, что значит с ним сражаться, Вайолет представляла себе бой с силами могущественной торговой империи, а не с самим Саймоном.
– Не забывайте, что он потомок Тёмного Короля и наследник его трона, – продолжила Старейшина. – И пусть сам не владеет магией, но благодаря крови способен использовать оружие и реликвии Тёмного Короля, подобно тому, как мы сами используем реликвии света.
– Оружие? – переспросила Вайолет.
– Как тот меч, что ты видела на корабле, – ответила Старейшина. – Эхталион, Чёрное Пламя.
Тут же вспомнилось, как ужасающая скверна расползалась по трюму, а моряки падали на колени и харкали кровью. Но ведь…
– Но как Саймон может сражаться этим мечом и не погибнуть? Все вокруг гибнут.
Вайолет словно снова ощутила, как речная вода захлёстывает, булькает в горле. Никогда бы не хотелось испытать это снова.
– Об этом оружии ходит множество легенд, – сказала Старейшина. – Его называют Осквернённым Клинком, но когда-то его выковали на погибель Тёмному Королю. «Меч Защитника дарует силу Защитника…» Эти слова выгравированы на лезвии. И всё же он был осквернён одной-единственной каплей крови древнего врага. Теперь меч служит разрушительной природе нового хозяина.
Вайолет помнила, как чёрный клинок разрушил корпус корабля, точно был живым и пытался выбраться из ножен. И люди, оказавшиеся ближе всего, разлагались изнутри.
– Единственная капля крови Тёмного Короля опаснее, чем что-либо в этом мире, – продолжала Старейшина. – Да, ты права. Стоит извлечь меч, все и всё вокруг погибнет… Кроме самого Саймона, ведь в его жилах течёт та же кровь.
– Если когда-то это был меч Защитника… – начала Вайолет.
– Нет. Не пытайся заполучить Клинок. Многие хотели сделать это, поверив в легенду, поверив, что они в самом деле сумеют очистить Эхталион и вернуть ему былую славу. Все они мертвы. Если меч находится в руках Саймона, то мы можем лишь ни в коем случае не позволить ему извлечь клинок из ножен.
– Он не рискнёт, если при этом будет риск убить Маркуса, – прокомментировал Уилл.
Вайолет изумлённо моргнула. На протяжении всего обсуждения юноша не участвовал в беседе. Как на него похоже: молчать-молчать, а потом вдруг вставить неожиданное замечание или наблюдение, точно его разум работал иначе, позволяя всегда быть на несколько шагов впереди остальных.
– Мы можем использовать это против Саймона в ходе боя, – добавил Уилл.
– Он прав, – согласилась Леда, словно такого рода хитроумная тактика не приходила ей в голову.
– Сколько Хранителей потребуется для нападения? – спросил Янник.
– Все до единого, – ответила командир отряда. – От новоиспечённых Хранителей до тех, кто стал ими уже давно. Каждый должен сражаться.
– Равно как и послушники, – заявил Киприан, возникая у входа в зал и направляясь к центральному проходу, окружённому лесом колонн. – Я тоже должен участвовать.
– Этот бой – не место для непосвящённых, – возразил Янник.
– Может, я и не испил из Чаши, но умею сражаться. – Киприан вскинул голову. – А ещё – не просто послушник, я
Это было правдой, пусть Вайолет и не всегда хотела это признавать. Но чувствовала жгучую зависть каждый раз, когда наблюдала за тренировками Киприана. Его техника, его мастерство были безупречны, пусть он и не обладал силой Хранителя.
– Если мы проиграем эту битву, то потерям всё. Все должны сражаться, – закончил Киприан.
Янник некоторое время смотрел на сына, потом медленно кивнул.
– Хорошо. Мы созовём послушников. Леда, доверяю это тебе.
