Когда дело было сделано, я лёг навзничь, трясущимися руками нащупал в боковом кармане сигареты, но, зажав сигарету в губах, не нашёл спичек, чертыхнулся, выбросил сигарету, поднял девушку на руки и понёс с крыши. Верёвки громыхали пряжками и карабинами, волочась за нами. Я всё невольно ждал, когда сзади дёрнет заякоренным концом страховочного троса, тогда пришлось бы распутывать это безобразие. Однако мои ожидания не оправдались.
Попасть обратно в квартиру я не мог, так что позвонил соседям.
— Это сосед, — устало отозвался я на шум за дверью.
Не открыли.
За другой дверью вообще никто не отреагировал на звонок, но за спиной уже открывалась дверь, соседка, видимо, наблюдала в глазок и, узнав меня, открыла.
— Заноси её сюда, — вымолвила она, отходя в сторону.
— Позвоните в скорую.
— Да.
Соседка исчезла на кухне, после паузы вернулась с бутылкой водки и аптечкой:
— Должны приехать, выпейте, не повредит, — она зажгла свет в комнате, нагнулась над девушкой, — её надо раздеть.
Я понял, что события приняли собственный ход, выпил и заторопился прочь:
— Я вообще-то уезжал, когда…
— Таня? — соседка меня не слышала, послышался запах нашатыря. Таня, видимо так звали девушку, дёрнулась, пришла в себя.
— Вы её знаете? — удивился я.
— Да, она студентка из альпсекции, они чистят крыши, подрабатывают.
— Идиоты! — возмутился я.
Девушка приняла полусидящую позу, облокотившись о диван, осоловевшим невразумительным взглядом обвела комнату.
Мною овладела ярость.
— Дура! Такими вещами надо парами заниматься!
Спасённая мало понимала, что я говорю, так что я расслабился, сосчитал до десяти, встал, подождал пока соседка обернётся, и попрощался:
— Мне на вокзал.
— Но…
— Прощайте.
Я оставил квартиру, вернулся на крышу, отыскал куртку и пустился по лестнице вниз. Только через пару пролётов я ощутил в руке бутыль с водкой, оставалось полтора стакана.
Выпив глоток за глотком, сдерживая приступы тошноты, я бросил её на кафельный пол, вроде она разбилась, как и ощущение беды.
Вышел из подъезда и, хмелея, побрёл ловить машину.
Виктор не встретил меня на вокзале.
Не позвонил, когда я оказался дома, чего я только и ждал, честно говоря. Тогда я потерял терпение и позвонил Виктору:
— Как дела? — спросил он.
— Я вернулся!
— А ты уезжал? — поинтересовался Виктор в ответ.
— А ты не знал, — саркастически возразил я.
Так бы мы и перебрасывались бы непонятными намёками, но я говорил не с обычным человеком, а с Виктором, поэтому тот сразу взял быка за рога.
— Я чувствую недопонимание, — спокойно отозвался Виктор.
— Как ты можешь говорить так беспечно! Я после твоего звонка…
— Когда? — перебил Виктор.
— Когда ты мне звонил в Ленинград? — изумлению моему не было придела.
— Никогда не звонил, но уверен, надо поговорить. Я буду ждать тебя у себя через два часа.
— Да, кто ты такой чтобы после этого всего назначать мне встречу? — возмутился я, — сам приезжай ко мне через два часа.
— Какая разница, — безмятежно отозвался Виктор, — хорошо, приеду я.
Он даже не обиделся.
Я уселся в кресло, но желанного покоя не ощутил.
Как это нелепо! Заставить меня вернуться в Москву, но вдруг не встретить на вокзале, ну, хорошо… Но теперь, когда я позвонил, говорить со мной опять, как будто ничего не случилось, и снова напрашиваться на встречу. Он даже не поддался на провокацию! А должен был бы. Мы никогда такого тона не позволяли по отношению к друг другу. Обидеться должен был бы любой из нас. Значит, Виктор считает ситуацию ценнее собственного достоинства. Значит, эта встреча нужна ему.
Тогда какого чёрта он не встретил меня на вокзале!
Я сдаюсь: от меня ничего не зависит.
Остаётся ждать Виктора в надежде на разъяснение.
Появились беспокойство и досада, потому что я понял, что возбуждён, неадекватен, рассержен, а Виктор, как всегда был прав: действительно, если бы я к нему поехал, то развеялся бы, а не томился бы бессмысленным гаданием.
Я набрал его номер, чтобы переиграть ситуацию, но никто не взял трубки.
Оставалось сидеть и ждать.
Когда через час позвонил телефон, Виктору уже следовало приехать.
— Да, — мрачно, отозвался я.
— Ваня! — голос Олега лучился радостью, — как хорошо!
— А что?
— Хочу пригласить в гости.
— Спасибо, но мы же всё равно увидимся на выходных, — удивился я.
— Вот на выходные и приходи, — был ответ.
Я посмотрел на календарь, где восемнадцатое декабря, суббота, было обведено зелёным фломастером.
— А Машин день рожденья?
— Она его не будет праздновать.
— Как это?
— Вот так это, — передразнил Олег, — ну, мы договорились на вечер субботы?
— Не знаю, скорее всего, да, но я встречаюсь сегодня с Виктором, он появится с минуты на минуту.
— Что это изменит?
— Не знаю… Странно всё.
— Ты, если не приедешь, позвони, — Олег дал отбой.
За окном ветер гнул голые ветви деревьев, метель усиливалась.
Я зашторил окна, поставил чайник.
Вокруг происходило что-то.
Я в Москве ещё только четвёртый час, а уже столько новостей.
