— Императорские выполнить до конца, подготовить отчет и сдать его мне. Задания, которые можно на время остановить, то остановите, но предварительно удостоверьтесь, что подмели все следы.
Кэттерин задумчиво обвела присутствующих взглядом. Сейчас стоит не простой выбор. Она должна назначить старших групп, и сама выдвинуться в то место, где должен быть сбор командования. Назначив шестерых командиров, Кэттерин подозвала своего помощника, заместителя командира Кристофа.
— Ты будешь лично приставлен к Рохану и Малику. Представишься собой и скажешь, что ты от меня. Возьми двух путевых и смышленых шпионов, можно Аниси и Ричера, но пусть не косячат. Ты будешь отчитываться о их передвижении и действиях. Только прошу, нечего про меня не рассказывай им, а еще… Будь осторожен.
— Они не враги империи?
— Нет — безапелляционным голосом ответила Кэттерин — он союзники. Ещё не знаю их роль и действия, но думаю, что графиня Майли уже распорядилась на их счет.
Харчевня «Довольный Горт».
Я и Малик уже собрались и сидели за нашим столиком у окна, неспешно попивая ягодный чай. Горт и Олла собирались, носясь по харчевне как тайфун. Дверь харчевни открылась и на пороге появились три гнома. Абсолютно седой, но с молодым лицом гном, видимо брат Оллы, аккуратная низенькая гномиха, с длинной, русой косой, опускающейся ниже спины и маленький мальчик, с рваной стрижкой, лицо которого было всё в веснушках. Они подошли к барной стойке и положили свои узелки, которые были больше их самих, на пол.
— Лиза — обратился седой гном к своей супруге — теперь тут ты работаешь. А моё место за барной стойкой.
— Опять готовить? Теперь это моя работа? Да ты издеваешься! Нет уж, я лучше снова в шахты. Там хоть не так много народу — ответила Лиза.
Им на встречу вышли девушки официантки. Юноша сильно покраснел, от чего его веснушки перестали выделяться на его лице, а седой гном оценивающе, с глупым выражением лица, осматривал юных официанток снизу-вверх.
— Да тебе понравится тут, Лиза. Вот мне уже нравится.
— Кобель! — на этих словах, Лиза, достав из узелка чугунную сковородку, не слабо припечатала ею по нахальной морде супруга.
— Успокойся, Лизанька, Горт с Оллой сказали, что сорок процентов прибыли наши, а это примерно три гло в месяц. На шахте мы за шесть циклов мха столько получали, почти в десять раз больше…
Лиза видимо успокоилась и даже мысленно согласилась, но не выпускала сковородку из рук. Взглядом указав на официанток.
— А эти? Ты ведь не будешь каждый раз слюни пускать? У тебя так совсем мозгов не останется.
— Да ты что, они ведь мне в дочери годятся, не буду я нечего непотребного делать.
Девушки, вытирая со столов, звонко хихикали, пряча улыбки ладошками. Им явно льстило внимание мужчины, хотя они и так были не обделены мужским вниманием, работая в харчевни.
— Так, девчата — вышла из-за кухни Олла — я уже сообщила своему брату, что ваша плата по одному ту в месяц. Передадите девочкам с другой смены все новости. Линда, у тебя плата два ту в месяц. Я помню, что ты отдыхаешь только раз в неделю, не переживай. Девочки, это мой брат Рудольф и его супруга Лиза, а вот этот юноша Марти, их сын. Надеюсь — с прищуром и явной претензией она посмотрела на брата — это не единственный сын.
— Олла, так мы ведь на шахте работаем, естественно будут ещё… — отводя смущенный взгляд, заверил её Рудольф.
Общие сборы заняли не более двух часов, но казалось, что целые сутки. Олла собрала целую телегу вещей, а Горт взял всего один сундук и одну сумку. Оказалось, что у Оллы не было пространственных сумок, а у Горта пространственным был лишь сундук, в который он вместил свои доспехи и оружие. Олла собрала посуду и белье, походный шатер и несколько комплектов гномичей брони, также не забыв взять два бочонка гномьей особой, которая оказалась не плохой анестезией и антидотом от большинства ядов.
— Горт, Олла, ну вы там скоро? — не выдержал я.
— Мы всё — тяжело выдохнула Олла.
— Олла, ты всю харчевню решила вывести? Стены хоть оставила… — расхохотался Горт.
Я тебе ща половником по смеялке стукну… если найду… — обернувшись в сторону телеги, Олла с не скрываемой усталостью осмотрела огромную кучу узелков.
Мы собирались уже выезжать, но обнаружилось, что коней у нас с Маликом нет, на что мы пошли на рынок. Как оказалось, кони тут были разные, но Горт посоветовал нам три породы, а именно: Люксорскую борзую, Харианскую и Эльфийскую темную. Этих пород не оказалось и пришлось брать Мартиррскую, она хоть была не самой дорогой. Но вот по скорости и выносливости была немного хуже даже тех без породистых, что были запряжены в телегу.
— Ну что, морда, теперь ты мой конь…
— Кобыла — перебил меня Малик — это кобыла. И кличка Морда — не самая лучшая.
— А ты, умник, как назвал своего… свою…
— Лексус, и это конь.
Оседлав свою кобылу, назвать которую решил ёршик, за то, что она была колючей, я направился в сторону харчевни. Малик следовал за мной. Поравнявшись с телегой, мы все вместе неспешно направились в сторону выезда из города.
