Мурад кивнул на стационарный телефон, стоявший на обшарпанном, с потрескавшимся лаком столике.
— Сейчас? — От страха сердце Насти ухнуло и укатилось куда-то к пяткам.
— Да. Притворись получше, рыдай, кричи, но будь убедительной. Твой отец должен поверить, что ты одна и напугана до смерти. Но постарайся не вдаваться в лишние подробности.
— Мне и притворяться не нужно, я и правда боюсь так, что у меня поджилки трясутся.
Настя протянула дрожащую руку к аппарату и сняла трубку. Она набрала номер мобильного отца и стала ждать. Глубокая ночь, скоро утро. Отец наверняка сладко спит, ни о чем не подозревая. Настя терпеливо ждала. Наконец на том конце провода ответили заспанным голосом.
— Алло.
— Папочка! — взвизгнула Настя.
— Настя? — В голосе отца послышалось удивление и неприкрытый испуг. «Он думал, что я мертва», — пронеслось в голове Насти.
— Папочка! Папочка! — зарыдала она в трубку. — Забери меня отсюда, пожалуйста, забери!
— Настя, детка, что случилось? Где ты? — Отец уже взял себя в руки и больше не давал волю непрошеным эмоциям.
— Пожалуйста, приезжай за мной скорее, — истерично всхлипывала Настя.
— Детка, успокойся и объясни, что происходит, — попросил Чербицкий.
— Дом взорвали. Ночью! Мы спали, а потом я учуяла дым, — рыдала Настя. — Пожар, папа! Убийца поджег дом. Все сгорело! Мурад погиб.
Насте уже не приходилось играть. От воспоминаний о той страшной ночи и последовавшими за ней днями в пещере горло ее сдавили спазмы, сердце снова наполнилось ужасом пережитого.
— А ты, Настя? — спросил отец. — С тобой все в порядке?
— Нет, — закричала Настя в трубку. — Я двое суток просидела в какой-то дыре. Меня завалило обломками. Я думала, что умру и уже никогда не выберусь.
— А твой телохранитель? — Настя слышала в голосе отца беспокойство, но она не обманывала себя относительно его причин. — Говоришь, он погиб?
— Да, — всхлипнула Настя. — Он запихнул меня в эту дыру, между выступами скалы под домом, а сам… Там не было места для двоих, он сгорел, папочка, из-за меня сгорел.
— Успокойся, детка, успокойся.
— Я чудом выбралась, — продолжала плакать Настя, сбивчиво объясняя отцу, что с ней произошло. — А потом долго шла, пока меня не подобрал какой-то человек. Он и привез меня сюда и даже денег дал чуть-чуть. Я хотела пойти в полицию, но решила сначала позвонить тебе.
— Полиция здесь не поможет, — слишком резко ответил отец, и Настя дернулась, окончательно убедившись, что это не сон, что это отец решил покончить с ней.
— Папочка, приезжай за мной, — срывающимся голосом крикнула Настя в трубку. — Мне страшно.
— Конечно, Настя. Только скажи, где ты.
Настя выложила все: название поселка, гостиницы и даже номер комнаты, которую ей удалось снять. Она еще несколько минут умоляла отца приехать за ней как можно скорее, а потом отключилась.
— По тебе театр плачет, — сказал Мурад, разряжая обстановку легкой улыбкой.
— Думаешь, если не получится с дизайном одежды, то мне стоит податься в актрисы? — хмыкнула Настя, вытирая мокрые глаза.
— Определенно.
— Отец сказал, что будет здесь послезавтра ближе к обеду, раньше не получится добраться.
Мурад тут же спрятал улыбку и заговорил серьезно:
— Он что-нибудь еще сказал?
— Сказал, чтобы оставалась в номере и никуда не выходила.
— Все?
— Спросил, знает ли кто-нибудь о пожаре. Я сказала, что нет.
Мурад задумался, уставившись в окно.
— Значит, будем ждать его послезавтра? — спросила Настя.
— Нет. — Мурад повернулся к ней. — Значит, он будет здесь завтра ночью.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что он пришлет убийцу, — уверенно ответил Мурад.
— А что, если ты ошибаешься?
— Не ошибаюсь. Иначе твой отец заставил бы тебя пойти в полицию, сообщить о пожаре, а потом сходить в больницу, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. А он просит тебя сидеть тихо и не высовываться, — с ненавистью в голосе выпалил Мурад.
Настя нервно втянула воздух. Мурад прав. Опять прав.
— Но тогда убийца может прийти в любую минуту, хоть сейчас, — прошептала Настя.
— Вряд ли человек, нанятый твоим отцом, околачивался в этом городе. Скорее всего, он уже давно вернулся, доложив о благополучном исходе операции. Думаю, он вылетит первым же рейсом, а потом доберется сюда на машине. Так что как раз к завтрашнему вечеру будет здесь. У нас будет время подготовиться.
— Вот будет весело, если папочка прилетит убить меня лично, — истерично хохотнула Настя.
Мурад посмотрел на нее теплым взглядом.
— Все будет хорошо, милая. Я обещаю. А теперь ложись спать.
— Останься со мной, — попросила Настя.
— Нет, иначе нас отсюда вышвырнут еще до рассвета. Я буду рядом. — Он поцеловал ее в лоб и добавил: — Ничего не бойся.
Когда на следующий день они с Мурадом отправились завтракать в небольшое кафе, примкнувшее к торцу гостиницы, Настя поняла, зачем ее заставили переодеться. В штанах и коротком пуховике она привлекла бы слишком много внимания. Женщины здесь носили длинную одежду и укрывали волосы. На их фоне Настя теперь выделялась разве что более тонкими чертами лица да светлыми глазами.