Я слышу, как поднимается дверь гаража, и я подобен льву, поджидающему в высокой траве свою жертву, которая выйдет на поляну. В данном случае это голубоглазый маленький мальчик с ямочкой на щеках, который вот — вот попробует своё собственное мерзкое лекарство.
— Шейни, можно нам каждый вечер пить содовую? Мэгги никогда не позволяет нам это делать, — Лив облокотилась на столешницу рядом со мной, пока Гаррет заканчивает свою домашнюю работу с другой стороны, потягивая маленький стаканчик кока — колы, который я дал им на двоих.
— Наверное, нет. Это особенный вечер.
Дверь открывается, и я слышу, как Тедди рассказывает Мэгги о том, что какому — то ребенку дали по носу, и из носа хлынула кровь. Он входит на кухню со своим обычным энтузиазмом. Мэгги следует за ним, выглядя более расслабленной, чем когда я оставил её сегодня утром.
— Как дела, тусовщики? — Тедди кладет свой синий пояс на стойку и снимает верхнюю часть своей формы.
— Шейни разрешил нам выпить кока — колы, — объявляет Лив. Мэгги приподнимает бровь. Я поднимаю руки в знак защиты.
— Я дал им маленькую бутылочку, и они разделили её между собой, — Мэгги бросает на меня дразнящий взгляд и отворачивается, чтобы поставить свою дорожную кружку в раковину.
— Эй, а почему мне ничего не оставили? — Тедди надувает губы.
— В холодильнике осталось немного, если хочешь, — он вскакивает и бежит к холодильнику, чтобы схватить колу с дверцы.
Гаррет откладывает карандаш, его глаза мельком встречаются с моими, пока я сосредотачиваюсь на своём телефоне. Тедди делает большой глоток.
— О, гадость, — он кашляет и высовывает язык. Гаррет и Лив начинают хихикать. — Что это? — он вытирает рот тыльной стороной ладони.
— Старое автомобильное масло, — отвечаю я с невозмутимым видом.
— Отлично. Я сейчас умру, — он начинает опускаться на пол и хватается за шею. — Шейн, чем ты меня отравил?
Его драматургия занимательна, и я не могу удержаться от улыбки.
— Очень темным, несвежим, совершенно ужасным кофе. Подумай дважды, прежде чем лезть в чужие вещи.
— Ты меня подловил. Это ужасно, — он смеётся, катаясь по полу.
Мэгги улыбается и смотрит на Тедди.
— Отлично, крутой парень. От тебя пахнет, как от вонючих ног. Сходи в душ и помойся дважды.
Тедди стонет и поднимается с кухонного пола, но прежде чем исчезнуть, останавливается.
— Это было здорово, Шейн, — он ухмыляется, хлопает меня по плечу и бежит вверх по лестнице. Мэгги начинает говорить, и мы все заставляем её замолчать.
— Что?!
Я поднимаю руку, чтобы попросить её подождать. И тут мы слышим это. Один громкий ХЛОПОК! и Тедди визжит, как маленькая девочка. Он разражается смехом и кричит:
— Вы, ребята, отстой! Кажется, я описался!
Я бьюсь с Гарретом кулаком, зная, что достал этого маленького сопляка.
— Что это было? — спрашивает Мэгги с широкой улыбкой, и я надеюсь, что успешно выполнил свой супружеский долг — поднять ей настроение, когда у неё был плохой день.
— Воздушные шарики. Мы приклеили их за дверью, чтобы они лопнули, как только он её откроет.
— Вы, ребята, — она продолжает смеяться. — Это было здорово, особенно с кофе. Вы же знаете, что теперь он точно улучшит свою игру.
— Буду ждать.
Я серьезно. Я видел достаточно, чтобы знать, что это радость Тедди, игривое поддразнивание. Он хороший парень.
— Ты поел? — спрашивает меня Мэгги.
— А ты? — я знаю, Мэгги заботится обо всех и ставит себя в последнюю очередь. Я также узнал, что бывают моменты, когда Мэгги либо не ест, либо просто доедает то, что осталось у детей, потому что у неё заканчиваются время или энергия. В любом случае, мне это не нравится.
— Не ела, — тихо говорит Гаррет, не отрывая глаз от домашнего задания.
Я узнаю каждого из этих ребят; они по — своему уникальны. Чем больше времени я провожу с Гарретом, тем больше я его понимаю. Он спокоен, прилежен и чрезвычайно заботлив. Он говорит, когда это важно, как сейчас, когда он присматривает за Мэгги.
— Я поем. У меня просто ещё не было времени, — защищается Мэгги.
Гаррет закрывает книгу.
