Дома оказывается только за полночь.
В Новосибирске коммунального моста через Обь ещё нет. Летом переправой служит настил на понтонах, зимой – лёд. И только благодаря железнодорожному мосту обе половины города круглый год соединяются передачей-электричкою.
Август. Год засушливый. Лиза возвращается домой из Кулунды. В числе молодых рабочих, посылаемых в сёла на сезонные работы, она заготавливала камыш для грубого корма скоту. А теперь она в вагоне этой самой передачи. Сидит, вспоминает недавнюю потеху в подшефном колхозе.
Лиза там была не первый раз: то на покос пошлют, то на прополку, то на жатву. Даже доверяли быть каменщиком на постройке свинарника. Даже работала трактористом во время осенней пахоты.
Председатель колхоза – Пупков Степан Иванович – пьяница и бабник, по годам – Лизин отец, пару лет с хмельной любезностью пытался учить её водить уазик. А в это лето его любезность принимает иную форму, которая теперь и вызвала на её лице улыбку…
…Вблизи такого озера и поставлена брезентовая солдатская палатка, что вмещает всю компанию заводской молодёжи, прибывшую на заготовку камыша.
На ночь в ней укладываются налево – ребята, направо – девчата. Постель – тот же камыш, прикинут брезентовыми полотнищами. Одеяла байковые. Наволочки набиты сухой травою.
Место Лизы в переднем углу, у стенки палатки. Рядом – подруга Машка.
Лиза научена детдомовским детством прикидываться и дурочкой, и кокеткой, и тихоней. А иной раз она способна пустить в ход прямоту, равную наглости.
Машка – существо домашнее, непуганое, потому без мимикрии.
Председатель Пупков повадился приезжать – оглядывать косьбу. Он пытается оказывать Лизе внимание, чему мешает наивная Машка. А у него, похоже, не только душа накалилась; ниже плюнь – зашипит! И пало ему в башку – обезвредить Машку присутствием «районного» любителя девочек.
И вот – оба-два на склоне дня прикатили на партийной «Волге»! И вот уже деловито перебрасывают ноги через камышовые валки, руками разводят…
А Лиза Машку подначивает:
– Глянь, какого жулика партийного Пупок для тебя притаранил! Пузо-то, видала – арбуз арбузом!
– Видала, – до смешного искренне сообщает Машка. – У них в багажнике. Вот какой! – сцепляет она кольцом перед собою руки.
Лиза хохочет, спрашивает:
– Любишь арбузы? А хахаля?
– Видала я такого, – злится Машка, – в белых тапочках…
Лиза брезгливо морщится и добавляет:
– И в вонючих носках…
А кругом солончаковая Кулунда!
Пресная вода привозная – только для варева и питья. Лицо обмыть – и то задача. Желательно добыть хотя бы озёрной, но берега – сплошная топь.
А солёная пыль въедливая – ножом скреби…
Но Пупков с привычной тупизною шутит:
– Ни хрена! Просо́литесь, не протухнете…
Он вообще… по таким мелочам голову себе не морочит. Другое дело – пригласить кого на пикничок, тут у него – кровь приливает, и не только к мозгам…
Но даже он теряется, когда подружки идут навстречу с такой готовностью, словно еле дождались приглашения.
И вот в сторонке, за «Волгою» – всё как положено. На коврике и вино с коньячком, и «мировая закусь» в баночках, сосисочки верёвочкой, колбаска батончиком, балычок осетровый! Конфетки-бараночки…
Среди этого изобилия и на самом деле красуется арбуз! Лиза обожает чудо это полосатое. Потому устраивается с ним рядышком…
Районный «жулик» готов к действию: вскинутая им в стакане жидкость плещется через край.
– За любовь! – как соплёй о землю хлещет он.
Только эффект шлепка портит Машкино недоумение:
– За чью?
– За нашу! – не теряет лихости жулик и махом заглатывает стакан!
Пупков подхватывает призыв радостным «поехали» и звонким чоканьем даёт отправление.
Машка никогда не пила. Потому следует его примеру: закидывает голову… Но захлёбывается, верещит, кашляет… Пупков рвётся в спасатели. Тем временем Лиза выплескивает хмель.
Наконец Машка затихает. Но тот глоток, что она успела пропустить, оповещает сидящих тоненьким голосом, что:
Районный жулик, опершись локтем о плечо Пупкова, умело подхватывает:
Но на «благодати» он обрывает песню и задаёт совсем пьяный вопрос:
– А вы, девки, знаете, сколько у меня денег?!
– Ну и сколько? – спрашивает Лиза.
– А всех проституток могу купить!
У Машки возобновляется кашель, сквозь который она пищит:
– Вы чего себе…
– Позволяет, позволяет, – как бы успокаивает её Лиза и желает узнать у «любителя проституток». – Сколько дашь?
Машка смотрит на подругу со страхом. Но тут улавливает хитрость в её мимолётном взгляде, которая указывает ей на арбуз.
Тем временем Пупков пытается успокоить «купца». Но тот стоит на своём:
– Могу!
Тут Машка вскакивает, гребёт охапкой арбуз. Лиза подхватывает сосиски…
Хохоча, они скоро исчезают в брезентовой палатке…
