Первой новостью стал для меня второй день войны. Рано утром самолет противника «Ю-88» на небольшой высоте появился над аэродромом и сбросил первую фугасную бомбу. К счастью, она упала в болото за границей взлетного поля и не взорвалась. Не раздумывая, расположенное поблизости подразделение зенитной обороны открыло пулеметный огонь по самолету противника. Со шлейфом огня и дыма, по докладу наблюдателей, «Ю-88» упал в морскую акваторию вблизи острова Сескар Финского залива.
Этот незабываемый эпизод стал радостью личного состава матросов зенитного подразделения и началом счета сбитых вражеских самолетов моей родной эскадрильи.
Начались тяжелые воздушные бои с немецкими самолетами на подступах к Ленинграду. В воздушном бою при барражировании над Нарвским мостом на свой аэродром не вернулись два наших летчика. А при повторной встрече с противником на следующий день нам удалось сбить один истребитель «Ме-109» и два штурмовика «Ю-87», не потеряв ни одного своего самолета. Я летал на боевые задания практически каждый день. Боевая обстановка требовала, чтобы я сидел в готовности с надетым парашютом в своем самолете днем и ночью, либо в кабине, либо под крылом. В таком же положении находился мой постоянный ведомый Витя Алехин, молодой летчик, который недавно окончил мою родную школу пилотов, к этому времени она стала называться так: военно-морское авиационное училище имени Иосифа Виссарионовича Сталина.
В августе 1941 года в небе над Нарвой Эстонской состоялся мой первый воздушный бой, была одержана первая победа. Лично сбил на самолете «И-16» немецкий самолет «Ю-88». Об этом даже написали в «Ленинградской правде».
Затем произошла памятная победа над Кингисеппом. Пришел сигнал из штаба авиабригады о том, что к нам летит немецкий самолет-разведчик «Дорнье До». Наступили сумерки, вылетаю на перехват один, без ведомого.
Приближаюсь к цели, освещенной зенитным прожектором, со стороны станции Кингисепп. Сближаюсь и после опознания противника открываю огонь. С третьей очереди левая сторона вражеского самолета охвачена огненным шлейфом. Самолет упал в лесной массив. Сделав два круга, убедился в результате боя, после чего благополучно вернулся на свой аэродром. Был рад еще одной моей победе. Вскорости о ней узнал поэт Всеволод Азаров, корреспондент дивизионной газеты «Победа», и написал обо мне замечательную поэму «Комиссар Лукьянов». Уже после войны я узнал, что экипаж сбитого мной самолета был пленен группой кингисеппских партизан под командованием Владимира Спиридоновича Путина, отца будущего президента России. Еще во время войны мы с ним встретились, и он рассказывал мне, как партизаны ловили фашистских летчиков.
В следующем воздушном бою открыл свой счет Витя Алехин. Мы столкнулись с группой истребителей «Ме-109» над озером Хаболово, неподалеку от которого базировалась лодочная авиаэскадрилья на МБР-2. Встреча произошла неожиданно. Группу обнаружил ведомый мой Алехин. Зашли к немцам в хвост. Завязался бой, мой ведомый решил атаковать крайнего ведомого группы противника, а я его прикрыл сзади. Витин огненный удар был настолько эффективен, что он при одном заходе ударил не только по ведомому, но и по ведущему. Вернувшись после воздушного боя на свой аэродром, мы узнали, что из соседнего гарнизона позвонили и рассказали о том, что в их районе сбитые самолеты-истребители противника упали в озеро. Командир и комиссар этой части приехали к нам на аэродром и поздравили с очередной победой.
Из всех ожесточенных сражений в воздухе мне больше всего запомнилась защита родного аэродрома в августе 1941 года. Многочисленная группа бомбардировщиков и штурмовиков противника под прикрытием истребителей попыталась нанести мощный удар по нашему аэродрому, который остался один в оперативно-тактической зоне наших войск. Спасло только то, что мы, находясь в воздухе после завершения очередного боевого задания, не успели произвести посадку. Произошла горячая схватка с противником.
Когда мы прилетели, противник, встав в тактический круг, как раз готовился нанести бомбовый удар по объектам нашего аэродрома. Мы своей группой влезли в круг противника, и каждый нанес удар со стороны задней полусферы немецких самолетов. В течение получасовой воздушной схватки немцы потеряли шесть самолетов, один из летчиков был захвачен в плен, наши потери составили три самолета и два легко раненных летчика. В короткое время повреждения от ударов противника по объектам нашего аэродрома были устранены, так что взлетное поле и личный состав авиаэскадрильи оставались в боевой готовности.
