Я дышу, пока ты рядом полностью

Она отвернулась, закусив губу, но быстро справилась с болью прошлого и взглянула на капитана. Он чуть похудел, и на его симпатичном лице ещё отчётливее обозначились линии скул, а от жаркого климата кожа стала бронзовой, и на носу высыпали забавные веснушки.

Волосы, коротко постриженные и почти наголо – у висков, выгорели на солнце и, из тёмно-русых превратились в светло-пепельные.

– А у тебя есть дети?

– Есть. – обводя глазами горы, кивнул Терлецкий. – Я не был женат, но до армии встречался с девчонкой. Она была беременна, когда я попал в Дагестан, вышла за другого и родила дочь.

– И ты простил её?

– Не знаю. – признался Илья, искоса глянув на неё. – Она сказала мне о Настеньке, только когда дочке нужна была операция.

Марина с сочувствием стиснул его руку. Он улыбнулся.

– Сейчас всё хорошо, Настёна поправляется. Так скучаю по ней, хоть это и звучит смешно. Моей дочери уже восемь лет, а я только узнал о ней...

– Своих детей всегда чувствуешь душой. – прижалась к нему она, и с улыбкой спросила: – она хорошенькая, твоя Настюша?

– Она похожа на меня. – задумчиво сказал Илья, вспоминая пухленькую, с огромными голубыми глазами, светловолосую девчушку.

– Илья... – вдруг шепнула Марина, взявшись за его плечи. – Возьми меня с собой в Москву. Нельзя всё время жить прошлым, давай рискнём шагнуть в будущее? Вместе...

Он не нашелся, что ответить. Любовь к Сашеньке сжигала его адским огнем, неудовлетворенное желание мешало жить спокойно, и тут, вдали от неё, он сходил с ума от ревности. Саша далеко, возможно, уже забыла о нём в объятиях лучшего друга. Взглянув на Маринку, он улыбнулся и, притянув девушку к груди, прижался губами к её виску.

– Я не тот человек, с кем ты будешь счастлива. Прости…

Пряча усмешку, Давид упорно не поднимал глаз от монитора компьютера, делая вид, будто занят работой. Сашка сидела на диване в ворохе платьев и сердито сопела, безуспешно пытаясь решить, какое же выбрать.

– Пап! – не выдержав, позвала она, и мужчина взглянул на неё, снова безотчётно любуясь хорошенькой, но сейчас злой мордашкой дочери.

Сашенька была очень похожа на него, и в минуты гнева даже так же, как он, сверкала взглядом и щурила глаза. Ещё пара лет и девушка превратится в настоящую восточную красавицу, и тогда ему придётся возводить десятиметровые стены, чтобы отбиваться от ухажёров.

– Я с ума сойду! – жалобно протянула она, рывком сбросив наряды на ковёр. – Завтра выпускной, а у меня ни платья, ни туфлей!

– В этом вы все – девушки. При полном шкафу одежды будете хныкать, что нечего надеть! – усмехнулся Джамалов и поймал возмущённый взгляд Сашки. – Ласточка моя, сходи в бутик и выбери что-нибудь по вкусу. Хочешь, я попрошу Катю тебе посодействовать, у неё отменный вкус.

– Нет уж, хватит с меня её идей! Она вообще предложила идти в брючном костюме, цилиндре и с тростью!

Давид рассмеялся. Да, Екатерина вполне способна на такую выходку, и на свой выпускной явилась именно в этом наряде. Он видел фотоснимки, и, надо признать, выглядела его красавица сногсшибательно. Но Сашеньке нужно что-то более женственное, что бы подчеркнуло её яркую внешность.

– Я сейчас! Пап, ну не сиди ты истуканом, выбери платье на своё усмотрение, с мужской точки зрения!

И, схватив орущий телефон, девушка выскочила из гостиной. К её досаде, это оказалась не Анька, а ведь сегодня та обещала приехать, чтобы вместе решить, какую Саше сделать причёску на бал.

– Богдан, привет! – прижимая мобильный плечом, сказала Сашка, и принялась наливать в чашку холодный зелёный чай.

– Что там у тебя? Чего голос сердитый?

– Да так, жутко устала.

– Одевайся, минут через двадцать за тобой заеду.

– Блин, я и забыла, что сегодня сдаю экзамен по вождению! Чёрт, я не успею!

Быстро переодевшись в джинсы, футболку с открытыми плечами и, чмокнув отца в щеку, Сашка выскочила во двор. Погода хмурилась, на западе сгрудились сердитые синие тучи, но девушка надеялась, что успеет управиться с последним заданием и вскоре вожделенные права окажутся у неё в кармане.

Сев в притормозившую иномарку, она взглянула на Соколовского.

– Волнуешься, что ли?

– Чуток. – показала Саша пальцами, на сколько. – Инструктор мне попался твердолобый, заставил назубок все правила выучить.

– Не бойся, я с тобой. – улыбнулся, сдвинув тёмные очки на волосы, Богдан и, обойдя машину, кивнул девушке на кресло водителя. – Садись за руль, заценю, чему тебя этот твой Виталик научил.

Уговаривать не пришлось, и Саша перебралась на его место, а мужчина плюхнулся рядом. Пожалуй, она и сама не знала, когда стала с ним более открытой и перестала каждый раз ожидать, что Даня будет распускать руки.

С момента их дурацкого инцидента в спортзале он вообще больше не пытался её обнять и не смущал своими двусмысленными шуточками. Иногда даже ей казалось, будто она видит Богдана как бы с двух разных сторон – самоуверенного и наглого, а ещё весёлого, понимающего и нежного. И вот этот «второй» ей очень нравился.

– Блин... Даня, ты видишь вон ту белую ˝мазду˝? – снова заметив знакомую машину, плетущуюся за их ˝феррари˝, спросила она, и мужчина оглянулся.