Я дышу, пока ты рядом полностью

– Тогда угости меня чаем, а то ж хоть выжимай. – сбросив куртку и ботинки, Богдан прошёл за Сашей в кухню и уселся на подоконник, сдвинув цветочный горшок. – Кэт опять экспериментирует? Выводит пестики какие-то заморские?

– Нет, это моё. – улыбнулась она, доставая кружки. – Это декоративная роза, мне семена папа привёз от дедушки. Не знаю, приживётся или нет до весны. Ты видел, как мы с Катюхой оранжерею сделали? Никаких астр и лютиков, только экзотическая флора. – оживлённо рассказывала девушка, не замечая, как он смотрит на неё.

На ней был розовый спортивный костюм, с забавным капюшоном — кошачьими ушами. Под тонкой тканью угадывались очертания соблазнительного тела, и Даня стиснул зубы, подавляя накатывающее возбуждение.

– Вот, грейся, давай! Я так, за компанию с тобой посижу, в такое время не ем, не пью. – поставила на стол чашку с ароматным чаем Саша.

– Боишься, как мишка, целлюлитом обрасти? – и мужчина шутливо изобразил на ней округлые формы, за что получил по рукам.

– И не мечтай, что когда-нибудь увидишь меня толстой и будешь насмехаться! – отрезала Алекса, протянув ему эклер.

– Да нет, спасибо, малыш. Я не голоден, просто пить хотелось.

– Вот так, да? Сыт одной любовью? – поддразнила она, убирая вазочку в холодильник.

– Увы, зачахну совсем при такой кормёжке. Любовь меня ни чёрта не жалеет.

– Не ту выбрал? – искоса взглянула на него Саша, и сменила опасную тему: – пойдём в комнату, не то сейчас папа тебя увидит и замучит разговорами. Будешь слушать про его банковские дела до утра!

В спальне пахло ванилью, и Богдан, растянувшись в кресле, провёл рукой по трюмо, где громоздились косметические баночки, пузырьки и тюбики с кремами.

– Ты так и пользуешься этим шампунем. Помню, как в первый раз, вдохнув запах твоих волос, я чуть с ума не сошёл. – улыбнулся он воспоминаниям.

– Тебе ванильный аромат нравится? – покосилась на него девушка.

– Скорее, я теряю голову, когда он исходит от тебя. – признание далось нелегко, и в комнате повисла тишина.

Сашка закрыла окно и Богдан, поймав её за руку, усадил к себе на колени. Уткнулся лицом в тёплую грудь, невнятно шепнул:

– Ты будешь по мне скучать, малая?

– Так и быть, буду ночами рыдать в подушку и проклинать себя, что не вправила тебе мозги. – усмехнулась она, шлёпнув его по плечу. – Богдан, отпусти! Мне больно.

Он чуть ослабил объятия, сам не заметив, с какой силой стиснул девушку за спину. Мучительно сладко заныло в паху, и Сашка тоже ощутила, как он возбуждён. Неловко заёрзала, пытаясь встать, но, когда ей это удалось, он поднялся следом, удерживая её за руку.

Все эти чёртовы два года он только и делал, что старался усмирить свои порывы, ибо знал, что когда-нибудь всё его самообладание лопнет и тогда они с Сашей перешагнут запретную черту. Но этого Богдан и боялся, ведь Сандра его возненавидит, не простит ни за что, и он больше не сможет с ней видеться. Это-то то и толкнуло его покинуть Москву, он надеялся забыть о ней, но, увы…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Да, быть ей другом было для него оказалось задачей непосильной, он не сумел с ней справиться. И с каждым днём всё сильнее влюбляясь в эту девушку, наблюдая, как меняется её характер с годами, он понимал – Сашенька целиком завладела всеми его мыслями, и теперь ему было дико думать о том, что ещё не в столь далёком прошлом он мог переспать с любой понравившейся девицей.

Мягко высвободив ладонь, Сашка задёрнула шторы, и от этого шуршащего звука Даня вздрогнул, вынырнув из размышлений. Лампа ярко освещала просторную комнату, уютно плясали на стенах её отблески, а в камине потрескивали дотлевающие головёшки поленьев.

Шагнув к девушке, Соколовский отбросил капюшон, и зарывшись пальцами в густые волосы, притянул Сашку к себе. Не встретив сопротивления, он нетерпеливо, неистово впился в её губы. Богдан ожидал, что она отпихнёт его, это уже стало привычным, но, когда Сандра ответила на поцелуй, его будто прошибло током...

Наугад нащупав панель с кнопкой, девушка выключила лампу и, подцепив края влажной от дождя футболки, стащила с Богдана. В эту минуту она твёрдо решила оставить прошлое там, где ему самое место – в воспоминаниях.

Илья никогда не любил её, он уехал, даже не сказав ей правду. И она больше не будет думать о нём.

– Саш... – шепнул мужчина, но она приложила ко рту палец, и, загадочно улыбаясь, шагнула ближе.

Его колотило как в лихорадке, невыносимое желание, сжигавшее месяцами, наконец, нашло выход, и Даня поддался ему. Сашка возилась с застёжкой его ремня, ни на секунду не давая Богдану вдохнуть, жарко, дразня, целовала в губы, прикусывала шею, и, как кошка, тёрлась о его тело, сводя с ума.

Сорвав с неё одежду, он хотел подхватить её на руки, но Саша толкнула его, заставив плюхнуться на кровать. Её нежные пальцы были повсюду, терзали его плечи и грудь, будоражили, лаская живот, и он терял над собой контроль.