— Ладно, но ты хоть потом сообщи, когда пойдешь. Мне тоже интересно!
— Хорошо!
После Богдана я вышел на крыльцо и набрал агента Первой тайной полиции.
— Господин Кузнецов. Встретимся через час у Ярославского вокзала, — и тут же бросил трубку.
— Ну конспирологи, — вздохнула Лора. — Лишь бы время занять.
Но оно сейчас у меня как раз и было. В кой-то веки.
И как же хорошо, что со мной на этот раз был Данила. За час до вокзала с кортежем графа добраться было практически невозможно. А вот с лучшим водителем страны…
Хорошо, что он взял с собой рабочую машину, что была предназначена для городской езды. Так что я обрадовал своего водителя второй раз.
До места мы доехали быстро, впрочем, как и всегда. Нас никто не останавливал, что было удивительно.
Так же я смог разглядеть, как живется жителям при новом царе. Оказалось, что большой разницы не было. Да, жандармов увеличилось в разы. Да, рекламы на фасадах зданий стало меньше, также появились еще некоторые мелкие детали. Но к моему удивлению жители если и были недовольны, то точно не страдали.
Когда я подъезжал, на телефон пришло сообщение с более точными координатами.
Переулок, неподалеку от вокзала. Туда мы и направились.
— Останови тут, — сказал я Даниле, и машина замерла.
На улице, как назло, с козырька упал снежок и попал за шиворот, что было неприятно. Пришлось немного поднять температуру тела.
— Господин Кузнецов, — раздался приглушенный голос из темного угла переулка.
— Вот уж не думал, что встречу вас, агент И, — кивнул я, когда увидел, кто пришел на встречу.
— Рад, что вы меня еще помните, — он поправил шляпу. — Давайте посидим в кафе. Тут есть одно неподалеку.
— Эмм…
На всякий случай Лора начала полную проверку агента. Потому что, зная мое положение в стране, предлагать такое… На первый взгляд посидеть в кафе было простой формальностью. Но для одного из врагов государства, это было… мягко сказать, сомнительно.
— Не волнуйтесь. Это кафе исключительно для обмена информации. Было создано только для агентов и связных. О нем мало кто знает.
— А если туда зайдут простые люди? — удивился я.
— Дрянная кухня. Плохое и грубое обслуживание. Все в лучших традициях, — гордо заявил агент. — У нас даже рейтинг один их худших в городе.
— Так может, просто посидим в машине? — я приоткрыл дверь.
— Не стоит, — помахал он рукой. — Скажу больше. Любая машина, выехавшая из вашего особняка, помечается. Так что лучше не рискуем. К тому же для своих у нас просто отличный кофе.
Он не соврал. Кафе находилось мало того, что в труднодоступном месте, так еще и путь к нему пролегал через подворотни, где надо было спуститься в подвал и постучать в железную дверь без обозначений.
— И сюда ходят посторонние? — удивился я, когда нам открыли дверь.
— Еще как! — кивнул агент И. — Есть мазохисты. Да и у подростков теперь это какой-то тренд. Посетить самое ужасное кафе. Вот они и заглядывают иногда. Хотя большинство не находит даже вход.
Внутри был настоящий ад. Грязные столы. Мусор повсюду. За двумя столиками сидело несколько человек. Судя по шляпам и темным очкам, это были агенты.
Мы заказали по чашечке кофе и по круассану. После сели за стол, который при нас вытерли досуха и поставили чистые пепельницы, салфетницы и стакан с ложками и сахаром.
— Так что конкретно вы хотели узнать, господин Кузнецов? — спросил агент.
— Во-первых, что с Виолеттой и Люсей? С ними все в порядке?
— Почему-то я знал, что вы об этом спросите, — он достал папку и пододвинул ко мне.
Открыв, я увидел две фотографии. Виолетта, сидящая в просторной комнате за решеткой. У нее был и туалет, и столик с кроватью. И даже душевая кабина. А шторами она могла закрыть решетки. Такая же фотография была и с Люсей.
— С ними, смотрю, неплохо обращаются, относительно заключенных и заложников, — удивился я.
— Честно сказать, я тоже удивлен, но для Петра одна послужила приманкой для другой. И как говорят наши аналитики, — агент вздохнул и скрыл зевок. Видимо, он тоже давно не спал. — Люся ему в чем-то мешала, и, схватив ее, он стал действовать куда спокойнее.
— Как мне их вытащить? — задал я следующий вопрос.
— Никак. Пока, — ответил агент. — Много охраны. Много заклинаний. Ворваться в Кремль без заранее оговоренного плана — самоубийство. И даже Пушкин уже не сможет помочь.
— Что с Пушкиным?
— Петр сказал, что обнародует доказательства нападения Пушкина на Кремль, если тот будет дергаться. Так что он просто держит его на коротком поводке, благодаря общественному мнению.
— Где Антон Есенин, Толстой и Онегин?
Только что принесли кофе и, сделав пару глотков, я понял, о чем говорил агент. Напиток действительно был неплохой.
— А это самое интересное. Кажется, Антон питает какие-то романтичные чувства к Виолетте, иначе, как объяснить то, он в одиночку пытался проникнуть в Кремль четыре дня назад.
— Да ладно? — удивился я. — Антоха? Один?
Агент кивнул.
— И как успехи?
