– А у тебя разве нет? – хмыкнул Шалва.
– Все Лобовы – биороботы, – засмеялась Стефания. – Кеша хвастался, что у него мощный искусственный интерфейс.
– Когда это я хвастался? – озадаченно поинтересовался математик. – Просто у нас хорошо развита экстрасенсорика. Что в этом плохого?
– Ничего, звони.
Замолчали, осматривая не сильно радостный, несмотря на солнышко, пейзаж.
– Прошу майора Лебедева, – заговорил Иннокентий, дождавшись ответа дежурного бота ФУКТ. Помолчал. – Майор Лебедев? Капитан Лобов. Снова понадобилась ваша помощь. И я не один, со мной мои копии.
Собеседник ответил, и Иннокентий внезапно отозвался горловым смешком.
– Так точно. Ждём.
– Что он сказал? – с любопытством спросил Шалва, ещё ни разу не слышавший смеха ни от одного из близнецов.
– Подтвердил, что русский язык очень богат, – ответил Иннокентий не моргнув глазом.
– Не понял!
Иннокентий посмотрел на него со скрытой насмешкой.
– Он употребил ненормативную лексику.
– Выругался, что ли? – изумилась Лавиния.
– Русский мат более доходчив, чем русский язык, – захохотал Штопор.
Засмеялись и остальные.
На сей раз к десантникам прилетел сам Лебедев всего с двумя сопровождавшими его сотрудниками ФУКТ. Он с удивлением познакомился с остальными Лобовыми, отличавшимися только именами и цветом костюмов, и признался, что командование приказало ему доставить пришельцев в Москву.
– Там сильно заинтересовались вашими вояжами по зараженной территории, – добавил майор, – хотя и не верят в легенду о существовании параллельных вселенных.
– Ну, если начинать сначала, это не легенда, – возразил Иннокентий. – Речь идёт не о параллельных вселенных, а об отделившихся от базовых в результате ветвления Мультиверсума, в которых тоже идёт война.
– Да бог с ними, с терминами, – сказал Итан. – Главное, чтобы ваше командование отнеслось к нам с пониманием. Мы обязательно встретимся и объясним все непонятные происшествия.
Через десять минут Итан сориентировался на местности, вспоминая указания Рунге, и модуль Управления по контролю территории высадил группу на окраине мёртвого Луганска сто одиннадцатого реала, создающего впечатление скелета города даже при наличии хорошей погоды.
По словам Рунге, мемориал в сорок первом реале начали сооружать на холме, расположенном в излучине реки Ольховки, пересекающей город, который остался таковым и в сто одиннадцатой версии мира, поэтому нашли холм легко.
– Вас долго ждать? – спросил Лебедев, посматривающий на подруг Лобовых, похожих, как сёстры, да к тому же и реально красивых.
– Не ждите, – ответил Тарас. – Мы не знаем, как сложится ситуация в месте проведения операции, поэтому сами вас вызовем, когда вернёмся.
– Куда вы всё-таки направляетесь, если не секрет? И по какой надобности?
– В Луганск, – простодушно ответил Итан, – только другой копии реальности. Вашу мы называем сто одиннадцатой, а идём в сорок первую, где живу я и Лавиния.
– И… что там? Положение серьёзное? Я имею в виду, у вас тоже случился атомный взрыв?
– В сорок первом бомбу ВСУ не сбрасывали, однако положение там действительно чревато гибелью цивилизации. Страной управляет искусственный интеллект по имени «ИИмперия», а фронтом ещё один ИИ по имени…
– Старуха! – Это слово Шалва выговорил как сплюнул.
– «Маршалесса», – не обратил внимания на реплику лейтенанта Итан. – И с ней у нас крутые разборки.
– Фантастика! – выдохнул Лебедев.
– Уже нет.
Неизвестно, поверил майор ФУКТ пришельцам из другого реала или нет, но в памяти Тараса так и остались его глаза, полные недоверия и недоумения.
Луганск сорок первой копии встретил гостей в начале девятого примерно такой же погодой, какая стояла и на берегу моря. По небу плыли кучерявые облака, температура воздуха понемногу повышалась, но до жары было ещё далеко.
Оценили аэровоздушную обстановку над местностью всеми доступными средствами, слегка успокоились. Если беспилотники и летали над этой частью города, то редко и высоко. Спрятались в каком-то заброшенном сарайчике в леске под холмом, забитом ржавыми конструкциями. Итан дозвонился до Рунге, и тот, уяснив, где остановилась группа, прислал за ними БМП.
Ещё через полчаса их высадили возле двух вагончиков строителей на заднем дворе стройки и провели в здание мемориала, крыша и стены которого уже были возведены. Здание напоминало гигантского аиста с распростёртыми крыльями, передний пилон которого, венчая тело как голова птицы, накрывал скульптуру российского воина, раскинувшего руки жестом спасающего мир человека.
Рунге ждал делегацию в одном из помещений мемориала в «хвосте аиста».
Комната была невелика, имела два окна, а её стены бликовали слоем плёнки, похожей на слюду с крапинками серебра. В ней располагались два компьютерных комплекса – «Алтай» и «Борей», за которыми работали операторы, юноша и девушка в военной форме.
Рунге сидел за столом перед экраном ноута и разговаривал с седым мужчиной в сером строительном костюме.
Итан напрягся: показалось, что это Фемистокл, но тут же расслабился. Мужчина был незнаком.
Оба встали, когда в помещение вошла группа грозно выглядевших десантников во главе с Тарасом.
