После было еще пара полотен. Одно было настолько трагичным, что мне не хватит сил к нему вернуться. Мне не удастся сдержать слез. Но тогда, огонь, желающий сжечь все абсурдное начало настолько сильно вырывался у меня из груди, что позволял срывать все слои моей души, лепить из них валун и катить прямо на гору к моим недругам. Последним было пустое былое полотно. Там меня ждал тот самый режиссер всего этого действа. На пустом пространстве появился пузатый документалист. Отпив из какой- то металлической фляги, он успел задать лишь один вопрос- «И что теперь». Я лишь засмеялся и вырвал его из полотна. Мой ком был готов. Я мысленно поместил в центр весь этот всепоглощающий круговорот действий. Он крутился волчком прямо в центре полотна. Фиолетово- синий сгусток подобно ленте Мебиуса двигался в разные стороны ускоряясь и ускоряясь пока не произошел большой взрыв. Взрыв произошел в действительности. Он не тронул меня, но выкинул из пространства на добрых метров двести. Посадочка была жесткая, но мне повезло приземлиться в какой- то куст. Рядом приземлился Джотто Иванович. Его очки были разбиты вдребезги, но его это совсем не волновало. Он вскочил с места и побежал обратно к месту взрыва. Затем он вернулся ко мне и с голосом, наполненным холодным расчетом сказал- «Закрыто. С меня теперь еще должок. Расскажешь, что там было, пошли латать раны». Эта холодность даже немного ранила меня. Я тут не за хлебом для деревни сходил. Джотто Иванович протянул мне руку, чтобы помочь встать, но мне было немного обидно, поэтому отмахнувшись, было решено поднять мое тело самостоятельно. В этот момент мой старший товарищ улыбнулся до самых ушей, рассмеялся, поднял меня против моей воли и очень крепко обнял. Затем, он очень радостно посмотрел в мои глаза, а я всё не понимал, откуда взялась вся эта радостная энергия. Затем, он сказал- «Василе, подними руки вверх». И я поднял обе руки вверх. Обе! В этот момент, я все осознал и рассмеялся. Моя рука вернулась. Моя рука вернулась! Правда затем, Джотто Иванович немного поник, и мы уставши молча побрели на выход из леса. От дорожки из кирпича не осталось и следа. У опушки решено было сделать привал.
– Ты сейчас или с утра сходи покажи руку Никите Соломоновичу. Он тоже пусть порадуется- сказал очень сухо и уставши Джотто Иванович.
– Что- то случилось? Вы как будто поменялись? Что вы видели? Куда исчезли? – начал было я осыпать своего бедного собеседника вопросами.
– Пока не стоит, Василе.– в голосе Джотто Ивановича чувствовалась грусть- Пойдем. Ночь выдалась продуктивной. Пора спать.
Ночь действительно выдалась очень даже интересной. Вместе с этим, после оглушающего взрыва, освещающая озеро луна придала тишине весенней тьмы таинственно приятную атмосферу. Что- то жгло мозжечок, но я предпочитал заслуженно отдаться в руки этому тягучему приятному ощущению. Где- то после домика Оны мы разделились. Джотто Иванович махнув мне рукой уставши побрел к себе домой предварительно пригласив на завтрак, а я на время остановился, чтобы оглядеться и насладиться победой своей внутренней идеи над абсурдом сущего в моей жизни. Под тем самым дубом у озера виднелся свет и какой- то силуэт. Моя душа, полная куража дала сигнал ногам проверить, кто же не спит в такую ночь. Возможно, что кто- то тоже слышал взрыв и пошел проверить? Разгадка была довольно очевидной. Под деревом сидела Она, рисуя на мольберте висящие в пустоте соединенные между собой странные кольца. Одно выглядело очень футуристично и технологично, другое будто бы было нарисовано художником- импрессионистом, а третье и вовсе было угловатым- авангардистским. Кольца отбрасывали тень, где- то вдалеке виднелась какая- то маленькая дверца. Попробую перерисовать сюда.
– Таинственные фигуры не дают спать? – голосом, полным напускного хлоднокровия начал я разговор, подойдя ближе.
– Нет, скорее, чувство надвигающегося взрыва. Никогда такого не было?– играючи ответила Она вопросом.
– О чем ты? Какой взрыв? – сбитый столку таким точным описанием недавних событий, спросил я. От моего хладнокровия не осталось и следа.
– Пока не знаю. Эмоциональный, физический, временной. Какой собьет. Спасибо за позирование! полностью оторвавшись от процесса рисования сказала Она.
– Всегда пожалуйста. А когда ты успела меня нарисовать?
– Я разве говорила, что рисовала тебя? Рисовала твоё тело прямо сейчас. Неужели, ты не видишь? Странно. Видимо, ты просто устал и здесь темно. Днём будет лучше видно. Вижу, что твои душевные метания наконец закончились? Ты что- то нашел в лесу с Джотто Ивановичем? Только не говори мне, что ты обрел здесь настоящих друзей и все в таком духе. Но подожди. Дай лучше угадаю. Ты обрел внутреннюю философию?
– Да, я понял, что аб…
– Аб- бэ- бэ- стоп- прервала меня Она- не говори мне! Ты же хороший автор. Попробуй лучше как- нибудь вплести это в повествование в своем дневнике. А потом уже начнешь вести себя соответствующе. А то так совсем неинтересно.
