| He looked at the glass, at the record player. He let his head flop from side to side. Outside, they prowled and muttered and waited. | Он смотрел то на бокал, то на проигрыватель, голова его моталась из стороны в сторону, а те, снаружи, рыскали, кружили, бормотали, ждали. |
| Pore vampires, he thought, pore little cusses, pussyfootin' round my house, so thirsty, so all forlorn. | Бедные вампирчики, - думал он, - вы, негодники, так и бродите там, бедолаги, брошенные, и мучает вас жажда... |
| A thought. He raised a forefinger that wavered before his eyes. | Ага! - он помахал перед лицом поднятым указательным пальцем. |
| Friends, I come before you to discuss the vampire; a minority element if there ever was one, and there was one. | Друзья! Я выйду к вам, чтобы обсудить проблему вампиров как национального меньшинства - если, конечно, такие существуют, -а похоже, что они существуют. |
| But to concision: I will sketch out the basis for my thesis, which thesis is this: Vampires are prejudiced against... | Вкратце сформулирую основной тезис: против вампиров сложилось предвзятое мнение. На чем основывается предвзятое отношение к национальным меньшинствам? |
| The keynote of minority prejudice is this: They are loathed because they are feared. | Их дискриминируют, так как их опасаются. |
| Thus... | А потому... |
| He made himself a drink. A long one. | Он снова надолго приложился к бокалу с виски. |
| At one time, the Dark and Middle Ages, to be succinct, the vampire's power was great, the fear of him tremendous. | Когда-то в средние века был промежуток времени, должно быть, очень короткий, когда вампиры были очень могущественны и страх перед ними велик. |
| He was anathema and still remains anathema. | Они были анафемой - они остались анафемой и по сей день. |
| Society hates him without ration. | Общество ненавидит и преследует их... |
| But are his needs any more shocking than the needs of other animals and men? | Но - без всякой причины! Разве их потребности шокируют больше, чем потребности человека или других животных? |
| Are his deeds more outrageous than the deeds of the parent who drained the spirit from his child? | Разве их поступки хуже поступков иных родителей, издевающихся над своими детьми, доводя их до безумия? |
| The vampire may foster quickened heartbeats and levitated hair. | При виде вампира у вас усиливается тахикардия и волосы встают дыбом. |
| But is he worse than the parent who gave to society a neurotic child who became a politician? | Но разве он хуже, чем те родители, что вырастили ребенка-неврастеника, сделавшегося впоследствии политиком? |
| Is he worse than the manufacturer who set up belated foundations with the money he made by handing bombs and guns to suicidal nationalists? | Разве он хуже фабриканта, дело которого зиждется на капитале, полученном от поставок оружия национал-террористам? |
