Вдруг что-то щелкнуло во мне: вот оно. Я вспомнил, как еще в мае общался с Айгулей в подземном переходе, а пьяный Ермек что-то там говорил, мол, хорошо готовлю шашлыки из собачек. На дачах-то полно кандешек беспризорных. Да еще какие жирные попадаются: сердобольные бабушки любят их подкармливать, а те потом срут повсеместно и лают на кого ни попадя. Внесем же свой вклад в борьбу с бродячими животными, заодно и вопрос с «поляной» закроем.
Я вышел во двор и кликнул Ермека:
- Ерема, иди сюда. Короче, такая ситуация: вечером дядя Женя подъедет, ну, помнишь, бандос приезжал. В общем, надо нормальный стол накрыть, а денег нет. Помнишь, ты говорил, из собачины умеешь шашлыки готовить?
- Ага, - с готовностью подтвердил Ермек, - умею. От баранины хрен отличишь. Главное, замариновать правильно.
- Вот-вот. Прямо сейчас надо. Сможешь поймать? Тут, вроде, полно их бегает.
- Да, конечно, не проблема. Пойдем, поможешь мне.
Ермек, покопавшись в сарайчике, вытащил оттуда длинную веревку, мешок, а из дома принес кусок хлеба.
- Пойдем к речке, там их несколько бегает, после отдыхающих огрызки всякие подбирают.
- Тебе, как профессионалу, виднее. Главное, чтобы соседи не видели. Лишние разговоры нам ни к чему, и так на шугняке живем.
- Вот, как раз за палевом посмотришь, а я поймаю.
Мы пошли в сторону речки. Как всегда в это время года на Иртыше тусовалась куча народу, но мы нашли местечко побезлюднее и стали поджидать добычу.
Хоть мы и сели в тенечек, солнце палило так яростно, что мы обливались потом. Прошло двадцать минут. Я уже хотел менять место засады, как вдруг Ермек встрепенулся:
- Есть, вон одна бежит.
Действительно, в нашу сторону, активно обнюхивая все, что попадется на пути, бежала какая-то дворняжка. Не очень большая, бело-серо-рыжая, похожая на помесь овчарки с хрен знает кем.
Ермек тихонько присвистнул, привлекая ее внимание, а потом начал подсюсюкивать губами, издавая звук, который обычно воспроизводят, когда подзывают собаку для кормежки. Собака остановилась и посмотрела в нашу сторону, наклонив голову. Ермек вытащил из мешка кусок хлеба и дал мне.
- На, подманивай ее, а я петлю сделаю. Только пока не давай.
Я стал махать куском хлеба, приговаривая:
- На-на-на, собачка, вкусный хлеб.
Ермек моментально соорудил на одном конце веревки скользящую петлю. Собачка тем временем не очень уверенно двинулась в нашу сторону.
Ермек положил веревку на землю, расправив петлю, а внутрь петли положил кусок хлеба.
- Давай отойдем. Ты вообще подальше отойди, но мешок держи наготове.
Я ушел метров на десять. Ермек держал веревку за свободный конец и ждал, пока собака подойдет, чтобы съесть хлеб. Та подошла, и я вдруг увидел, какие у нее умные, добрые глаза. Жалко, конечно, но что поделать. Вон, на той неделе возле соседней дачи стая бродячих собак школьника покусала, отец ходил потом с ружьем, отстреливал, пока менты не приехали. Городские власти этой проблемой вообще не занимаются, а мы хоть свой вклад внесем. Не для себя, для дела.
Собака, наконец, сунула нос в кусок хлеба, и тот же миг Ермек с ловкостью ковбоя одновременно взметнул веревку вверх и потянул на себя. Петля захватила одну из лап собаки. Ермек стал подтягивать упирающуюся и скулящую дворнягу к себе, одновременно туже затягивая петлю. Я быстро подбежал с мешком.
- Щас, - пыхтя, говорил Ермек, - горло перехвачу, чтобы не скулила.
Он быстро обмотал добычу веревкой. Я раскрыл мешок, и мы запихали туда брыкающееся животное. Все действо не заняло и минуты. Я огляделся: никого в зоне видимости не было.
- Все, Ерема, валим, пасть ей зажми, чтобы не скулила.
- Не учи ученого, - важно отозвался Ермек.
- Ты не блатуй-ка, Эйнштейн, мастью не вышел. Ладно, пошли скорее.
Мы быстро-быстро, минуя пляж, проскочили напрямик через рощицу и вышли к дачам. Слава богу, людей вокруг никого не было, слишком жарко. Никем не замеченные мы добрались до своей дачи.
- Уфф, вроде никто не видел. Ладно, Ермек, дальше сам справишься? У меня сердце нежное, я не могу на такое смотреть.
- Да, конечно.
- Голову и шкуру потом закопай где-нибудь. И нож кипятком хорошенько вымой. Потом, как замаринуешь, покурим.
- Да я быстро, двадцать минут.
- Давай, давай.
Я ушел в дом и стал мучиться совестью. Хорошенькая такая собачка, чистенькая, что удивительно. Эх, Айгуля, Айгуля, на что же ты меня толкаешь.
К приезду дяди Жени шашлык был готов. Дядя Женя быстро осмотрел урожай, посчитал кусты, снова все зафотографировал, и мы пошли пить чай.
Шашлык, кстати, выглядел очень аппетитно. Дядя Женя ел да нахваливал:
- Вкусный шашлык, от души, пацаны. Баранина?
- Ага.
- И пожарен хорошо. Чувствуется, что мясо молодое, мягкое. И сочное такое. А ты, братишка, что не ешь? Вон Ермек как наворачивает.
- Да у меня что-то живот побаливает, утром беляш несвежий съел.
- Опасно эти беляши магазинные брать, мало ли там какое мясо. Собаку уличную завалят, вот тебя и беляши. На вот хотя бы кусочек съешь, а то огорчусь. Двое хавают, третий смотрит - не по понятиям.
