Джон:
Из офиса Джона Маркса
Главный офис Берлин.
US News & Report
Сентябрь 1990 г.
Дорогой Дуг,
Здесь просто восхитительно. Ты не представляешь. Берлинская стена пала, и мир перевернулся.
Великие и ужасные властители превратились в клоунов. Ерик Хёникер, один из самых грозных диктаторов мира, в одно мгновение стал беженцем. Он прячется в советских военных госпиталях, в пижаме. Секретная полиция обнародовала досье агентов Восточногерманской полиции и оказалось, что жены доносили на мужей, дети на родителей, а диссиденты один на другого.
И посреди этого бардака, я нашел уникальный персонаж. Она в твоем вкусе. (Правда, сказать о ней «она» можно только условно.) Я мечтаю взять у нее интервью — сделать о ней статью для U.S. News & World Report. Но боюсь, мой редактор скажет, что ее история слишком экзотична. Так или иначе, я думаю, это самое уникальное и эксцентричное создание времен холодной войны.
Дуг. На самом деле «Я заинтригован».
8 Августа 1992 года. Я в Берлине уже два дня. Живу на квартире у Джона. Сегодня мы ходили к Рейхстагу. Там демонстрации, потому что Христо хочет упаковать его в красный шелк. Сейчас мы едем в машине Джона на Восток.
Сквозь окно я вижу то, что осталось от знаменитой Берлинской стены. На одном из обломков написано «Красота спасет мир».
Проезжаем дорожный знак «Мальсдорф» Это мрачное место; многоэтажные жилые дома напоминают Гулаг. Мы поворачиваем за угол и это похоже на то, как мы бы повернули на двести лет назад или более того. Огромный изъеденный дождем и ветром блочный многоквартирный дом. Около сотни туристов стоят перед входной дверью. Внезапно, со скрипом она открывается.
Шарлотта. Wilkommen in meinem Grunderzeit Museum. Добро пожаловать в мой Grunderzeit музей.
Сюда обычно приходят, чтобы посмотреть мою коллекцию. Все, начиная с периода Grunderzeit; это период в истории Германии, начиная с 1809 до 1900 года. Wie soll ich sagen… «Веселые девяностые» Керосиновые лампы и вазы, граммофоны, пластинки, спичечные коробки, телефоны, чернильницы, картины, реклама, бюро, и конечно же, часы. Некоторые приходят сюда, чтобы увидеть меня. Неважно, я покажу им все это и даже дам послушать. Ich bin Transvestit. Они часто приходят посмотреть на меня, но вскоре смотрят на мебель.
Folgen Sie mir bitte, ja?
Шарлотта. Эта старая дверь? Нет, она не от сюда, nein. Я спасла ее из дома на Prenzlauer стрит. До того, как эти дома сожгли, я насобирала там много всего.
