Вторым же глазом Джай косит на рыжее недоразумение, смирно сидящее между ректором и Вальен-талем. Мужчины увлечены игрой, впрочем, как и зрители. Болельщики — неизвестно, с чьей легкой руки прилетело странное слово, но моментально прижилось, стало синонимом пароля, и теперь оно — главное в академии.
— Попробовать еще раз, — мелькает в дурной голове не менее дурная мысль. И он тянется к мальчишке. Тянется, силясь поймать взгляд. Так легче: зацепиться, удержать, заставить. Не могут же опекуны Ангела всегда держать щит. Джай по себе знает — какая прорва энергии уходит на поддержание щита.
Мальчишка не подводит: внезапно вскидывает голову и цепляет взглядом его, Джая, взгляд.
— Ох, и дурак же ты, Джай, — доносится до него чей-то грустный голос. — И чего привязался-то? Жил бы себе в свое удовольствие. Нет, лезешь куда-то в дерьмо. Влюбился, никак?
В голове Джай-таля взрывается та самая ледяная сфера, и последнее, что он успевает подумать:
— Я на тебе никогда не женюсь!
А потом провал в привычное серое безмолвие….
Очнулся почти сразу же.
Понял, что никто из болельщиков и внимания не обратил на его уход от реальности. Никто, кроме ненавистного уже пацана. Который, к тому же, так и не отвел от него взгляда. Взгляд зовущий. Нет, требующий немедленно подняться и подойти. Сопротивляться бесполезно. Тело ему уже не подчиняется. Джай-таль, стиснув зубы, встает, механически переставляя ноги, перемещается между скамейками, не замечая ни тычков, ни пинков, ни возмущенного шипения: мешает же смотреть и орать.
— Вот, значит, как он действует, куканчик, — скреблась в голове мыслишка, не давая сбросить путы подчинения. — Хотел испытать на мальчишке? Испытал. На себе. Но откуда мальчишка знает?
— Сядь здесь….
Тонкая рука с изящным запястьем указывает длинным пальцем на скамью у ног мальчишки. Джай покорно усаживается. Сейчас он готов, как верный пес, льнуть к узкой ладони, что вцепилась в его волосы. Здесь и сейчас он — раб. Раб непонятного мальчишки. Раб, готовый ползать у его ног. Выполнять любые желания, даже самые странные и страшные. Готов убить — только прикажи, только поведи бровью в сторону врага….
Остатки самосознания еще пытаются сопротивляться, но пелена полного подчинения затягивает все глубже….
***
— Оба-на! Валь! Да очнись же ты! У нас тут новый фокус!
Вальен-таль оторвался от бешено мельтешащих в воздухе гвардейцев. Их команда, как никогда, была близка к победе. Обернулся к Ангелу.
— Ангел?!! Что за?!!
— Держи его! За волосы держи! Не давай вставать! Шанти-таль! Хватит вам — гвардейцы и без ваших молитв продуют. Лорд ректор! Эх, Свитан в воздухе болтается!
Все же, привычка сначала действовать по приказу, а уж потом разбираться, в чем было дело, великая вещь! Все студенты приобретали ее к концу первого курса, и она немало спасла жизней, когда начинались настоящие боевые действия. Потому что практику все без исключения проходили на пограничных блокпостах. А там случалось всякое. И соседи, бывало, проверяли прочность границ. И нечисть из Разломов выскакивала. И вообще — отсутствие войн еще ни о чем не говорит. «Хочешь мира — готовься к войне» не нами сказано, и действительно во всех мирах, где существуют люди.
Вальен-таль немедленно перехватил Джай-таля, прижал к скамье, намотав связанные в хвост волосы на кулак. К нему мгновенно присоединился Шанти-таль, словивший ментальную оплеуху от милой девочки. Последним очнулся папа-ректор, от основательного тычка в бок.
— Папа, сферу тишины, быстро!
Шум полигона будто отрезало.
— Эх, не вовремя Свитан в капитаны подался, — пробормотал разгневанный Ангелок, сверкая зелеными глазищами.
— Да что случилось, малыш?! — оценивая обстановку, спросил ректор.
— Попытка номер два, — буркнул Ангел. — Его надо куда-то переместить. Туда, где не действует магия. В какую-нибудь экранированную лабораторию. Я не удержу его долго, сил не хватит. Им управляют. Валь, обыщи его. Сейчас. Ты видел, где он сидел вначале? — через скамью от девушек.
— Обыщу, но что искать?
— Ай, да не знаю я! Что угодно! Хоть волос! Бать, давай побыстрее как-то! Рванет ведь!
Восторженный рев студентов пробил все-таки сферу тишины.
— Шанти, дорогой, дерни Свитана к нам….
Еще через две минуты вся компания исчезла с полигона, прихватив с собой и капитана гвардейцев. Чтобы оказаться в просторном помещении где-то в подземелье.
— ЧТО ЗА?!!!
— Не ори, кузен, — устало осела на скамью Ангел. — Папа, мы где сейчас?
— Камера для свихнувшихся магов, — хмыкнул папа-ректор. — Отсекает любые проявления магии.
— А, антимаг…. Читала что-то в историческом трактате. Металл, обработанный особым образом. Секрет обработки утерян. Ладно, надо будет — изобретем заново. Наручники из него есть?
— Нет, — это уже включился в беседу капитан. — Браслеты есть.
— Да по мне — хоть ошейник. Надень, быстро!
Капитан всхрапнул зло, демонстрируя могучую фигуру в форме игрока. Карманов в ней не было предусмотрено.
— Так метнись туда, где они есть! — подключился ректор, уже понявший, что промедление в таком деле смерти подобно. — Чай, порталы строить не разучился.
— Король….
