Как и ожидалось, предчувствие меня не обмануло. Я тщательно вымылся, сменил нижнее белье и всю одежду, но, вместо того чтобы почувствовать бодрость, ощутил, как в глубине души нарастает странный дискомфорт, который трудно описать словами.
– Плана у меня нет. Стоило мне увидеть, что Жнец сделал с вашим, сонбэ, домом, я так разозлилась, что, сама того не осознавая…
– Спасибо, конечно, что выместила злость вместо меня, но…
Из-за этого у людей появилось одно, нет, два заблуждения. Заблуждение о том, что Жнец находится в добром здравии, а еще о том, что профайлер Чхве Сынджэ умер совершенно не с тем человеком. Заблуждения приводят к хаосу, а хаос порождает тревогу. А она… напрямую связана со страхом. Именно страха и добивался Жнец. Он желал, чтобы люди дрожали от страха. Он чувствует восторг, видя это. Наверняка он уже хихикает. В чьем-то теле.
– Раз я его спровоцировала, Жнец не будет просто сидеть сложа руки, верно? – спросила Чо Ури.
– Но это не значит, что он тут же решит напасть на действующего полицейского. Безрассудство не в его стиле. Он осторожный и дотошный. Скорее всего будет наблюдать, что станет с У Пхильхо. Спокойно и с удовольствием.
В тот момент, когда Жнец узнал, что У Пхильхо заметили бродящим возле его ловушки, он наверняка все понял и посмеялся от души. При этом поблагодарил иронию судьбы.
– И все же у нас тоже не только убытки. Мы ведь получили кое-какую информацию.
– Верно, – кивнул я в ответ на слова Чо Ури.
– Он, как и вы, точно переродился и все так же хорошо работает головой, чтобы расставлять ловушки, а еще у него есть машина, на которой можно перевозить тела. Должно быть, он приехал в Каннам на машине из какого-то другого укрытия, о котором мы не знаем.
– Есть еще кое-что.
– И что же?
– Жнец точно был там. Я просто схватил не того. Уверен, он откуда-то наблюдал.
Чо Ури кивнула, а затем щелкнула пальцами и сказала:
– Я того же мнения. Сейчас я просматриваю камеры наблюдения у вашего дома и поблизости. Уверена, что-то там будет.
– Жнеца нужно поймать как можно скорее. Он не намерен прекращать убивать.
В продолжение я рассказал о пропавших чертеже и блокноте.
– Хорошо. Давайте начнем расследование прямо сейчас. Сонбэ, вы, наверное, очень устали, так что немного отдохните. А я проверю, что на том компьютере, – сказала Чо Ури.
Я спросил:
– А фотографии с места не покажешь?
– Ну… Это… Показывать их несколько… Боюсь, они причинят вам боль…
Уже одного того, что Чо Ури проглотила конец фразы, что совсем нетипично для нее, было достаточно, чтобы предположить, насколько ужасно Жнец поступил с моими женой и дочерью.
– Со мной все будет в порядке. Так что покажи.
Я протянул руку. Чо Ури, поколебавшись, протянула мне мобильный телефон. Надеясь не потерять самообладание, я просматривал фотографию за фотографией, которые она сняла.
Там был ад.
Там, на этих фотографиях.
Я был уверен.
Я никогда не забуду эти кадры, даже когда умру. Нет, даже после смерти.
Конечно, если еще раз реинкарнирую…
Я устал, но не мог уснуть. Когда я открывал глаза, на меня накатывал гнев, а когда закрывал, меня накрывала печаль. Это были сигналы из далекого прошлого. Как звезды, которые уже давным-давно превратились в пыль, но продолжали все так же сиять в ночном небе, гнев и печаль были яркими и ясными, хоть и не имели материальной формы. Трудно было поверить, что с моей реинкарнации не прошло и двух дней. Слишком много всего произошло, слишком быстро. Казалось, прошло несколько лет. И, несмотря на это, все по-прежнему было незнакомым. Особенно новое тело, к которому никак не получалось привыкнуть. Между телом У Пхильхо и моей душой существовал крошечный разрыв. Как с одеждой не по размеру, которая болтается. Я отчетливо ощутил это, когда удирал на велосипеде днем. Мои ноги двигались примерно на полтакта медленнее, чем я думал. Из-за этого педали все время прокручивались.
Может быть, со временем эта проблема решится?
Этого я не знал. Зря только думать больше стал. Наконец я оставил попытки заснуть и сел на диване. Из спальни слышался храп Чо Ури. Вот и хорошо. Хотя бы один из нас двоих должен достаточно отдохнуть, чтобы набраться сил для борьбы.
Удивительно, но в компьютере Жнеца мы ничего не нашли. Он был пуст. На бесполезной железяке, именовавшейся компьютером, не было установлено ничего, кроме программы видеонаблюдения. Чо Ури настойчиво копалась в нем, настаивая, что хоть что-то там должно быть, но в конце концов подняла руки, сдаваясь.
– Знаете, куда еще он часто заходил, помимо камер? В игру «Сапер». Игра «Сапер», представляете? Он точно долбаный псих.
Слушая Чо Ури, я представил Жнеца, который играл в «Сапера», сидя за компьютером, когда планирование убийства стопорилось. Должно быть, он сидел на том складе, где от работающих как сумасшедшие кондиционеров было не просто прохладно, а даже холодно, и бездумно щелкал мышкой. А затем, когда в голову снова приходила какая-то идея, заполнял блокнот аккуратным почерком. Это было жутко. Один тот факт, что существо, не являющееся человеком, притворяясь им, делало что-то человеческое…