Я встал с дивана и направился к компьютерному столу. Монитор был включен. Полагаясь на этот беловатый, мутный свет, я снова просмотрел папку с материалами У Пхильхо. Мне казалось, что для того, чтобы преодолеть разрыв между мной и этим парнем, который убил из мести за младшую сестру и в конце концов умер несчастной смертью, я должен был лучше его понять.
Несколько десятков документов содержали только записи, сделанные до того, как У Пхильхо явился с повинной. Убив Чан Гихёна, он сбежал из клуба. Это была последняя запись. Действительно последняя. Не было не только показаний очевидцев о той ситуации, но и никаких упоминаний о людях, находившихся в комнате вместе с Чан Гихёном. Понять это с помощью здравого смысла было тяжело. Чо Ури ни за что бы не потеряла последние страницы. В таком случае выходит, что полиция во время расследования дела об убийстве Чан Гихёна не оставила даже записей о показаниях. А может быть, намеренно их опустила. Если подумать, есть еще одна вещь, которую было довольно трудно понять, но при этом о которой я до сих пор не особенно задумывался.
Какова причина смерти У Пхильхо?
Все, что я знал, – это то, что, находясь в следственном изоляторе, после ужина он пожаловался на что-то странное и умер еще до прибытия в больницу.
Что же привело к смерти этого молодого, здорового человека?
Существует бесчисленное множество причин внезапной смерти. Потому что такие вещи, как инфаркт миокарда, не щадят все возрасты. Однако У Пхильхо пожаловался на боль в животе, а не на тяжесть в груди или затрудненное дыхание. Выходит, что-то было не так с едой, которую он ел на ужин…
В этот момент раздался дверной звонок. Звук напоминал крик попавшей в ловушку птицы. Я с удивлением посмотрел на домофон. На зернистом экране виднелись двое крепких мужчин.
– Что случилось?
Из комнаты выбежала Чо Ури. Я указал на домофон. Все это время в дверь настойчиво звонили.
– Ты их знаешь? – спросил я.
Ночью, в такой час, в дверь могут звонить только два типа людей. Либо курьеры, либо полицейские. Как только Чо Ури взглянула на экран домофона, ее лицо сморщилось. Похоже, это второй вариант.
– Дьявол, серьезно? И чего сюда коллег принесло…
Бормоча эти слова, Чо Ури нажала на кнопку. Вскоре крики птицы затихли, и послышался хриплый мужской голос.
– Эй, Дядя Чо! Скорее открывай!
– Да ладно, Ян-сонбэ, это еще что такое? Вы пьяны? Чего это вы заявились ночью к одинокой девушке и говорите, чтобы она открыла дверь?
Глядя на кричащую Чо Ури, я встал со стула. У меня было плохое предчувствие. Я огляделся по сторонам. Какая удача, что среди бесчисленного множества вещей мое внимание привлек рюкзак. В тот момент, когда я его схватил, мужчина, которого она назвала Ян-сонбэ, похоже, тоже работавший в отделе уголовных расследований полиции Каннама, повысил голос:
– Это с тобой что такое?
– А что?
Чо Ури посмотрела на меня и быстро замахала рукой. Это был сигнал вести себя осторожно. Я сложил одежду, которую до этого снял с себя, в рюкзак. К счастью, никаких других следов не было.
– Эй, слушай, ребята посмотрели записи с камер видеонаблюдения, и там был кадр, где этот ублюдок У Пхильхо выходит из твоей машины. Так что сейчас же открывай дверь. Начальник сказал схватить тебя прямо сейчас и шум поднял. Страшный шум.
– О чем вы вообще? Что сделал У Пхильхо? Но ордер-то у вас есть?
Я надел обувь. Чо Ури указала пальцем на лоджию. Я тоже посчитал, что другого пути не было. Выйти на лоджию и сбежать, спустившись по трубе.
– Хватит говорить о всякой ерунде вроде ордера! Живо открывай дверь!
– Ладно. Но я совсем голая, так что подождите минутку.
Чо Ури выключила домофон, подошла ко мне и протянула свой мобильный. Я молча взял его.
– Я свяжусь с вами, а вы осторожно убегайте.
– Прости. Все из-за меня.
– Не нужно извинений, главное – не попадитесь. Ведь только тогда вы сможете отомстить или типа того.
Я кивнул и направился на лоджию. Ян-сонбэ был нетерпелив. Прошло всего несколько секунд, а он уже снова звонил в дверь.
– Эх, вот же какой.
Чо Ури с ворчанием достала бумажник из одежды, беспорядочно разложенной на велотренажере, точнее, на вешалке для белья. Затем вытащила оттуда пачку денег и сунула ее мне в карман. Я надел рюкзак на спину и открыл окно лоджии. Возможно, дело в том, что на дворе стояла глубокая ночь, и потому пространство от четвертого этажа до земли казалось очень темным. Времени колебаться и размышлять не было. Я свесил ноги из окна, надеясь, что газовая труба закреплена надежно. Чо Ури сказала:
– Пароль телефона – шесть нулей.
Крепко держа трубу обеими руками, я осторожно спускался вниз. Дул довольно сильный ветер. К счастью, тело У Пхильхо уже неплохо меня слушалось. Если бы я споткнулся или запнулся, мог бы упасть, но мои ноги двигались ровно в тот момент, когда я об этом думал. И все же я не мог не нервничать. Мне не хотелось упасть на землю и разбиться, как последнему идиоту, во время спуска по трубе из окна. Я не мог позволить себе так тупо упустить вновь появившуюся возможность.