На этом моменте я перестал давать волю эмоциям. Они затуманивают разум. Всего два дня назад я поддался на его провокацию и погиб от удара молнии. Сейчас я должен был как можно лучше сохранять хладнокровие. Факт, что я – У Пхильхо, подозреваемый в убийстве, а Жнец – начальник отдела расследования особо тяжких преступлений, остается неизменным. А еще без изменений оставался тот факт, что Чо Ури осталось жить всего несколько часов. Сложив все эти обстоятельства вместе, я пришел лишь к одному выводу. Я в абсолютно невыгодном положении. И должен сделать все возможное, чтобы изменить это. Нужно хорошенько работать головой.
– Я раскрою твою истинную сущность, – сказал я.
– И кто в это поверит, а? К тому же мне весьма нравится роль страстного детектива с несгибаемой волей, который вернулся к работе сразу, как только ожил. И прекрасно со всем справляется. Вчера ночью тоже все было очень просто. Я лишь сказал, кто я такой, и все двери машин и домов тут же легко открылись. А если я чувствую, что где-то ошибся, могу ответить вот как: «Я повредил голову, так что плохо помню…»
Он снова рассмеялся. Похоже, он был полностью удовлетворен своей реинкарнацией. Ну да, все же это было гораздо приятнее, чем переродиться подозреваемым в убийстве. Мне хотелось как можно скорее стереть улыбку с лица Жнеца.
– Похоже, ты что-то неправильно понял, но я говорил не об этой твоей сущности. Я собираюсь раскрыть, что инспектор Ю Санчхон должен быть подозреваемым по делу об изнасиловании и убийстве У Джихи. Вы вместе с твоими друзьями Чан Гихёном и Ли Сонмином были сообщниками.
Жнец перестал смеяться. Когда я увидел, как застыло его лицо, на душе у меня стало хорошо. Я продолжил:
– Не забывай. Я храню в голове все воспоминания У Пхильхо. К тому же у меня есть решающее доказательство.
Проблема была лишь в том, что это доказательство было со мной единым целым, но этот факт я, конечно, утаил. Единственной картой, которую я мог разыграть сейчас, был аудиофайл. Ю Санчхон, нет, Жнец даже представить себе не мог, что его получил я.
– Ну если ты станешь такое утверждать, сможешь доставить мне немного головной боли. Однако… Думаешь, у тебя будет возможность сделать это? Немало людей жаждет смерти У Пхильхо.
– Похоже, Ли Сонмин не все тебе рассказал. Аудиофайл уже передан другому человеку. Если я не выйду с ним на связь снова, он его опубликует.
Жнец задумчиво посмотрел на меня. Я не стал отводить взгляд. Некоторое время спустя он пожал плечами и сказал:
– Думаю, об этом позаботится Ли Сонмин. Хоть он и наглец, но весьма полезен, так что способ найдет. Просто знай. Что бы ни случилось, это не спасет вас с Чо Ури от смерти.
– Я ни за что не умру один, – сказал я, глядя на него.
– Прости, конечно, но на этот раз я не планирую умирать с тобой вместе.
– Сам же знаешь, что нас связывает непростая судьба.
– Разве? Вот только, если судьба существует, похоже, на этот раз она улыбнулась одному мне. Ведь сколько бы я ни думал, для меня все стало лучше, чем раньше.
– Разве? Говоришь, что стало лучше, но почему тогда не потеешь, а? Или ты не можешь? Здесь нет кондиционера, поэтому по коже уже должны были распространиться жар и жжение. Разве ты в душе не винил судьбу? За то, что болезнь осталась с тобой, даже несмотря на реинкарнацию.
Лицо Жнеца исказилось. Еще несколько минут назад я заметил, что его шея все сильнее краснеет. В таком душном помещении с него не упало ни капли пота. Казалось, Жнец хотел выйти из комнаты допросов даже быстрее, чем я, подозреваемый. Может быть, его ангидроз был вызван психосоматикой? Или же это проклятие, наложенное на дьявола? Каким бы ни был ответ, он не имел значения. Если это заставляло его хоть немного страдать, я был доволен.
– Беспокойся лучше о своей дальнейшей судьбе, У Пхильхо.
С этими словами Жнец приблизился. Я послушно встал. Какое-то время мы стояли лицом друг к другу. Я сказал мерзавцу, у которого покраснело уже и лицо:
– Снаружи будет целая толпа репортеров. Так что прикрой мои запястья в наручниках. Это правило[17].
На улице шел настоящий ливень. Одетые в дождевики репортеры ждали и тут же столпились на лестнице, когда мы со Жнецом вышли. Полицейские из участка Мапхо контролировали окружающую территорию. Серия вспышек камер прорезала дождь.
Вопросы полетели со скоростью света:
– Как удалось задержать подозреваемого?
– Правда, что он пытался проникнуть в полицейский участок?
– Верно ли то, что подозреваемый убил двух детективов, находившихся в засаде?
– У Пхильхо, вам есть что сказать?
– Был ли побег из морга запланированным?
– У Пхильхо, в каких вы отношениях с пропавшим детективом Чо?
Я остановился прямо перед лестницей, а затем оглядел репортеров. Пока я колебался, словно собираясь что-то сказать, они подошли еще ближе. Контрольная линия прорвалась. В тот же миг цель оказалась в поле моего зрения. Командир-исследователь. Он все так же держал в руках блокнот и ручку. А еще внимательно смотрел на меня.
– Преступник – другой человек! – закричал я так громко, как только мог.