Вар вывел из города поставленный им гарнизон и бежал. Несколько Цезаревых солдат из первой когорты догнали его и принудили остановиться. Когда завязалось сражение, Вар был покинут своими собственными солдатами; значительная часть из них разошлась по домам, остальные явились к Цезарю.
…
Тем временем Цезаря догнал 12-й легион. С этими двумя легионами он отправился в Аскул Пиценский. Этот город занимал десятью когортами Лентул Спинтер. При известии о прибытии Цезаря он бежал из города и пытался увести с собой когорты, но значительная часть солдат покинула его.
Вы, наверное, видели эти «сражения» в третьей, кажется, серии сериала «Рим», когда новобранцы Помпея разбегаются как зайцы чуть ли не от одного бравого Тита Пулло. Я думаю, так понятнее пассаж из Саллюстия о том, что к Варинию никто, несмотря на суровый приказ, не возвращался под знамена после последнего [! — timonya] бегства. А представьте теперь, как бы в кратком, как у Плутарха о действиях Спартака, изложении выглядели эти события: «Курион преследовал и обратил в бегство Терма с тремя когортами в Игувии, Цезарь с 13 легионом догнал, начал сражение, разбил и рассеял отряд Аттия Вара, затем при Аскуле заставил отступить Лентула, потерявшего большую часть войска по дороге» — ну, вот, теперь война как война, прямо как у Спартака с преторами.
Что реально случилось: (1) сенат отправил преторов Вариния и Коссиния из Рима воевать со Спартаком (разбившим вообще-то трехтысячный отряд Клодия и набиравшего с тех пор какое-то время людей) практически вообще без войска, (2) и поручил набрать солдат в Кампании, то есть прямо там, где действовали вражеские силы (Тут надо всё-таки сказать, что никакой такой «милиции», как называют некоторые современные авторы армии Вариния и Коссиния в Республике не было, это была всё та же римская армия, exercitus из римских воинов, milites. Набирали они её в Кампании, из местных, как вы помните по первой части, «случайных людей», по моей версии италиков, не включённых в списки граждан и неполноправных и притесняемых, но всё-таки набирали их как обычных солдат-легионеров – другая часть армии Вариния – добровольцы, эти-то точно легионеры-ветераны, наверняка тоже местные, из сулланских ветеранов, расселенных в Кампании.), (3) при этом армия Спартака мгновенно после начала набора, ещё когда добровольцев разъехавшиеся по городам магистраты и их легаты (Фурий) собирают, приводят к присяге и ставят под знамена (не факт, что им даже оружие выдать успели, может, только везли его, – Спартак захватывает «снаряжение/обоз» Коссиния отдельно), чтобы привести в общий лагерь и там провести минимальную подготовку, распределить по легионам и сбить в подразделения, появляется в самом центре событий (Салины – деревня между Геркуланумом и Помпеями, Коссиний, наверное, проводил набор в городах Неаполитанского залива) и просто разгоняет новобранцев (вспоминаем Цезаря: Когда завязалось сражение, Вар был покинут своими собственными солдатами; значительная часть из них разошлась по домам – ну, вот как завязалось, так сразу и развязалось). Только какое-то небольшое ядро армий Коссиния в лагере и Вариния в поле (центурионы и добровольцы?) не разбегается и дает Спартаку бой, но люди Коссиния, наверное из-за малочисленности, перебиты.
Тут по-моему даже не вопрос – глупость или измена, а и глупость, и измена вперемешку. Вы оценили прикол – отправить магистратов собирать армию прямо рядом с Везувием, где собственно враг засел и где только что разбил наших!
