А ещё тут есть кафе «Гулям-гулям у дяди Вовы». Думаю, уже из названия можно сделать вывод об интеллектуальном развитии и моральном уровне хозяина этого заведения. Кафе представляет собой обшарпанную комнату, утыканную игровыми автоматами времён молодости моих родителей, типа «Морской бой», «Снайпер» и т.д. Чтобы поиграть, нужно приобрести у дяди Вовы советские пятнадцатикопеечные монеты. Но что самое интересное, у монеты нет фиксированной цены. Дядя Вова может сказать и 10, и 20, и 30 рублей за штуку, в зависимости от внешнего вида того, кто покупает. Так же дядя Вова держит свой прилавок с различными ништяками: сникерсы, сигареты, жвачки и т.д.
Сегодня один паренёк подошёл к дяде Вове за тем, чтобы купить у него пару сникерсов и пачку сигарет. Протягивает ему 500 рублей. Дядя Вова даёт ему необходимый товар и высыпает перед ним горсть пятнадцатикопеечных монет.
– Иди, играй, – изрекает дядя Вова.
– А как же сдача? – спрашивает паренёк.
– Ты что, вообще охренел? Какая тебе сдача? Ты забыл куда попал? А ну иди, играй, пока тебе дают, тварь неблагодарная.
Паренёк пытался ещё что-то ему противопоставить, чтобы вернуть свои деньги, а дядя Вова достал из-под стола дубинку и начал махать ею в сторону паренька. Паренёк пытался убежать, а дядя Вова кричит ему в след:
– Отдай монеты, ворьё!
Редкостная тварь этот дядя Вова. Как вернусь из армии, приму меры, чтобы прикрыли его лавочку.
20 декабря, воскресенье, Саратов.
Проводы.
15-го числа прошёл областную медкомиссию. Решение врачей было у всех одинаковым – к военной службе годен. Приехав в военкомат, меня тут же "обрадовали", что уже 17 декабря я должен к восьми утра явиться с вещами. Проводы, несмотря на то, что готовились в ускоренном темпе, прошли хорошо. Спасибо маме! Все пили, ели, веселились, тётя Таня Вольф, как всегда, придумывала всякие забавные конкурсы, и так всю ночь.
В 8 утра я с делегацией, состоявшей из полупьяных друзей и заплаканных родных, прибыл к военкомату. 3 часа мы просидели, пока искали машину, чтобы отвести нас в Елшанку. Нашли только один УАЗик, а нас было 15 призывников, плюс водитель и сопровождающий. Проехать 90 км в холодной «Буханке», в которой чудом уместились 17 человек – это было первое армейское испытание.
21 декабря, вторник, поезд Москва-Мурманск.
Ото всех и отовсюду.
Со мной из Бальцера в один день призвались ещё 7 человек. Одного из этих семи счастливчиков в тот же день каким-то чудесным образом забраковали по здоровью и отправили домой. Вот было удивление родных и друзей, которые ещё не успели протрезветь, а их солдатик уже вернулся домой. Отслужил!
На следующий день четверых моих земляков забрали в железнодорожные войска в Самарскую область. 20-го я остался один-одинешенек, т.к. после очередного построения забрали последних моих товарищей из Бальцера. Но скучать в одиночестве мне оставалось недолго. В этот же день пришли за мной и забрали меня на Северный флот! А я так надеялся на Черноморский…
Вечером за теми, кому ещё посчастливилось отправляться в этот день, в том числе и те, кто отправлялся вместе со мной на Северный флот, приехал специально выделенный троллейбус, в который мы забились, как шпроты в банку. Такого не бывает даже в московский час-пик на фиолетовой ветке метро. Долгий путь до железнодорожного вокзала, раскачивание троллейбуса в разные стороны до тех пор, пока не почувствуешь, что ещё толчок, и троллейбус перевернётся на бок, долгое ожидание распределения по поездам, и, в довершение, долгая дорога до Мурманска.
Утром 21 декабря наш поезд прибыл на Павелецкий вокзал Москвы. Там меня встретили мама и друзья. Но свидание было недолгим, т.к. нас спустили в метро, и мы поехали на Ленинградский вокзал. Когда мы ехали в подземке, мне было гордо осознавать, что я один из немногих, кто жил в этом великом городе, и пытался всячески блеснуть своими знаниями Москвы и московского метро, козыряя перед солдатиками названиями станций и пересадочных узлов. Только, если я раньше ездил на метро в футболке с изображением группы Prodigy и в толстовке и всегда мог выйти на абсолютно любой станции, то теперь я ехал в военной форме, и путь мой был только один – на станцию метро Комсомольская.
На Ленинградском вокзале мы просидели с 11:30 до 19 часов. Как я не отпрашивался у нашего лейтенанта, он так и не отпустил меня домой, чтобы я мог элементарно пообедать и принять душ, который я не принимал с 16 декабря. Зато меня там опять навестили мои друзья, мама и сестра.
В 19:28 поезд тронулся и увёз меня ото всех и отовсюду, кого и что я когда-либо знал. Полная неизвестность впереди…
22 декабря, среда, поезд Москва-Мурманск.
Дорога к месту службы.
