Императорский парадный сокутай называется кородзэн-но гохо. Обратите внимание на ткань, которая тянется за костюмом. Это так называемая сита гасанэ, и она показатель статуса: чем длиннее сита гасанэ, тем выше ранг.
На его голове была шапка рюэй, которую носят только императоры — этакая разновидность шапки каммури.
Я успела положить ключ на место, но всё равно волновалась.
— Что ты здесь делаешь? — Басом произнёс император.
— Ваше Величество, я пришла дать ответ на ваше предложение.
— Уйдите, — слуги и охрана вышли из покоев императора. — Что же за ответ?
— Я согласна, но при условии, что вы отпустите Цкуру. Вы же сделаете это ради меня?
— Если это сделает тебя счастливой, я выполню твою просьбу.
Когда свет в спальне императора погас, я вышла в коридор, и пошла в комнату, где меня купали. Спустившись на первый этаж, я зашла в купальню. Мои вещи лежали стопочкой на тумбе. Я надела их, сверху накинула халат. Покинув дворец, я пошла к нашему договорённому месту с Цкуру. Парня там не было, я ждала его, скоро должен быть рассвет, но он не спешил.
— Сбегать из дворца, неуважительно, точно так же, как и красть вещи императора, — послышался голос Нинко. — Я хотел сделать тебя моей женой, но ты выбрала другой путь, — император натянул лук.
— На себя посмотри, извращенец, — Цкуру достал складной нож, и закрыл меня собой.
*****
Перед глазами мелькали яркие искры и тёмные пятна. Проморгавшись, я увидел рядом с собой Тихиро.
— Всё в порядке? — Я взял её за плечо, и слегка потряс.
— Да, но голова болит, — она сморщила свой маленький нос.
— Мы живы, — я широко улыбнулся.
— Это нам не снится?
— Нам не может сниться один и тот же сон.
— И, правда. Где же мы теперь?
— Думаю, не в 19 веке, — я осмотрелся по сторонам.
Мы находились за двухэтажным зданием, было жарко, скорее всего, полдень. На улице было мало людей, наверное, будни, в выходные будет больше народа. На вывесках рекламировали новый фильм, который вышел летом 2011 года.
— Интересно, надолго мы здесь застряли? — Тихиро убрала прядь волос за ухо.
— Дня на два — три, — я положил браслет в карман.
Я нашёл недорогое жилье, оплатив комнату на два дня. Прошло больше пяти дней, но браслет не работал. Я пробовал зарядить его на солнце, но это не сработало. Было третье августа, Тихиро пошла в магазин. Я остался дома. В комнате была манга по "Наруто", я с удовольствием прочитал все, что было. Телевизор ловил только два канала, новости и какой-то городской, где постоянно готовили какую-то еду. В углу висело старое радио, я попробовал включить его, и поймал три волны. По одной из них крутили молодёжную музыку j — pop и k — pop, что уже радовало.
*Тихиро*
Я возвращалась из продуктового магазина, в тёмном квартале ко мне подошли два парня.
— Чё по чём? — Дерзко спросил худощавый, с выражением лица, как у рецидивиста. Веки так сильно нависали, что вместо глаз были щели.
— Ну, не молчи, кукла, — второй, в розовой рубашке, выхватил мой пакет с продуктами.
— У меня нет денег, — сказала я.
— А кто сказал, что нам от тебя нужны деньги? — Худощавый достал складной нож.
— А она ни чё такая, — подхватил второй барыга.
— Милая, пошли с нами, — худощавый протянул пальцы к моему лицу.
— Не лезь туда, куда не следует, — я ударила его по пальцам.
— Смелая? — худощавый занёс руку, чтобы ударить меня по лицу, я увернулась, и пнула его кулаком в живот.
— Бессмертная что ли?! — Возмутился парень в розовой рубашке, и кинул на землю мой пакет. Молоко, две газировки, растительное масло и яйца разбились.
— Ты должен 50 долларов, — я нагло посмотрела на него.
— Ты мне угрожаешь, мелкая, — он дерзко схватил меня за плечо.
— Нет, это факт.
— Какой к черту факт! Я тебя так отделаю, встать не сможешь!
— Хамить барышням не стоит, но вас видимо этому в школе не учили. Да, и, какая школа. Три класса и бутырка, — я хитро улыбнулась.
— Вот стерва! — Худощавый замахнулся ножом.
Раздался глухой выстрел, бандит упал на асфальт, из его правой ноги текла кровь. Второй испугался, но не успел сбежать. Мой спаситель надел на обоих наручники, и вызвал своих помощников. Когда этих типов забрали, я подобрала свой пакет с земли.
"Теперь в мусор". — Подумала я.
— Эй, ты в порядке?
— Да, спасибо, господин, — я неловко обернулась.
— Я могу проводить тебя до дома, — он протянул свою руку. Я увидела знакомый шрам, на запястье.
— Можно, но… — передо мной стоял молодой Кума, пакет снова выпал из моих рук.
— Извини, если напугал, — он быстро поднял его. — Ты в этом районе живёшь?
Так мы и разговорились. Он угостил меня мороженным. Идя по парку, наш разговор не затихал.
— Я только учусь, мама всегда хотела, чтобы её сын был на стороне закона, — Кума откусил кусочек мороженого.
— Ты будешь полицейским?
— Да! Можешь не бояться меня, я обычный человек, который строго следует закону. Мой отец якудза, но я не собираюсь выбирать кровавый путь.
— У меня нет родителей, — я улыбнулась.
— Тебе не страшно одной?
— Нет, у меня есть брат. Это мой хороший знакомый. Я живу с ним, он тоже сирота.
— Вот это да! — Кума удивился.
— Мы пришли, спасибо за мороженое.
