Я одинокий везде, в любой жизни. В прошлой жизни у меня есть только отец и дед. Когда они умрут, я останусь один во всей Вселенной. Люди вокруг, так и хотят воткнуть нож мне в спину. Это со стороны кажется, что сегодня помогли, значит и завтра помогут. Нет. Добро покинуло наш мир, в нём попросту не осталось для него места. Возможно, его и раньше не было. Люди, как были корыстными, так такими же и остались. Не знаю, как ты Тихиро, а мне страшно жить среди этих существ. Закрываю глаза, и вся жизнь перед глазами пробегает, хочу назад, а моста не вижу. От этого всё тело охватывает озноб.
— Цкуру, — Тихиро легла на спину. — Мой отец тоже не подарок, я бы с удовольствием изменила его характер и отношение ко мне.
— Неужели, ты так и не поняла, что это единственные люди, которые нуждаются в нас?
— Он не любит меня.
— Любит.
— Откуда ты знаешь?! Он считает других идеальными, но не меня.
— Тихиро, семья складывается не из сильных и идеальных людей. А из слабых, у которых есть свои оплошности, страхи и косяки. Семья для этого и нужна, чтобы было не страшно. Он твой отец, а любит тебя или нет, это его проблемы. Он заботится о тебе и защищает. Семья это не показатель идеала, это поддержка и сила.
— Ты не знаешь моего отца.
— Не знаю, но он, как и любой родитель волнуется и переживает за тебя.
— Он не такой.
— Родительская любовь подобна Айсбергу.
— Ты сам понял, что сказал?
— Наверху лишь часть чувств, которые наши родители показывают нам. На дне спрятана вся боль и страх за детей, который мы никогда не узнаем, пока сами не станем родителями.
— Он сравнивает меня с другими, называет беспомощной. Ты думаешь это приятно?! — В глазах Тихиро блеснули слезы.
— Это неприятно, но поверь, он не знает, что этим ранит тебя, потому что ему самому больно. Эту боль он выплёскивает на тебя. Ты не поймёшь его, но, однажды, он поймёт тебя.
Спустя пять часов поиска мы нашли женщину, у которой жил брат Тихиро. Её дом напоминал гостиницу из шести комнат для туристов. Хозяйка впустила нас в дом, мы остановились посередине прихожей.
— Он погиб, — без эмоций произнесла женщина. — Вот адрес, где похоронен его прах, — она протянула небольшой лист Тихиро.
— Как погиб? — Тихиро пошатнулась назад.
— Сбила машина. Всё село говорило об этом, Кэтсу погиб два года назад. Все следователи сразу сказали, что это не случайность, на него и раньше были покушения. Видимо, в этот раз, — женщина взяла небольшую паузу. — Кэтсу был хорошим парнем, сходите к нему на могилу, думаю, он будет рад таким гостям.
Могила находилась высоко на холме. Там дул тоскливый и холодный ветер. Шум океана добавлял печали. Я не стал подходить к Тихиро, оставив её наедине с братом, я спустился вниз.
Мне на телефон позвонил лечащий врач мамы.
— Алло.
— Мацубара Цкуру?
— Да, это я.
— Вынужден сообщить вам печальную весть, ваша мать скончалась три минуты назад. Примите мои соболезнования.
Ничего не сказав в ответ, я бросил телефон в воду. Достав из рюкзака сигареты, трясущимися пальцами положил одну в рот. Прикурив, я сжал в руке зажигалку "Croc" в карман.
— У "Criket" газ лучше, — Тихиро села рядом со мной.
— Знаю, — я выпустил дым изо рта. — Сегодня у нас с тобой совпадение.
— Какое?
— У меня мама умерла, — я досадно улыбнулся.
— Ты сейчас серьёзно?!
— Мне не до шуток.
— Соболезную, — Тихиро сделала небольшой поклон головой. — Пожалуй, тебе лучше остаться одному.
— Стой, — я схватил её за руку. — Вот, теперь эти деньги мне ни к чему, — я вложил ей в ладонь карту. — На ней два миллиона йен, небольшая сумма, в твоей ситуации… Но у меня больше нет, если смогу, помогу.
— Мне чужого не надо!
— Тихиро, эти деньги твои, сделай всё, что есть в твоих силах. И спаси своего отца, я в тебя верю, — я поднялся, и крепко обнял её.
Тихиро
Правда — изобретение маньяков: колет глаза и режет уши
— Прости, — я упала на колени перед Кумой. Поджав ноги под себя сзади, я прижала грудь к коленям, чтобы поклон был самым низким и унизительным, так как я чувствовала себя человеком, совершившим обман. — Я всё врала, про себя, про свою жизнь, про отца. Прости, — от такого количества стыда, я не могла поднять глаза на Куму. — Это я договорилась с Тадамасой о краже саламандры. Цкуру не виноват, он лишь стал нечаянным виновником всей истории. Я готова понести любое наказание, потому что знаю, что виновата. Моя ложь зашла в тупик. Я рассказала тебе всю правду, теперь решай, что ты сделаешь со мной.
— Правда — изобретение маньяков: колет глаза и режет уши, — послышался щелчок зажигалки. — Тихиро, поднимись, ты не совершила ничего плохого, ты сама являешься "нечаянным виновником" судьбы. Вставай, — Кума подошёл ко мне, я увидела острые носы его кожаных туфель. — Не встанешь?
— Нет.
