— Хорошо, я не зверь, я дам тебе то, что ты хочешь, — Кума поцеловал меня в плечо, и пошёл к двери.
— Кума, — я обернулась. — Ты доверяешь мне после всего, что я сделала?
— Я буду верить всему, что ты скажешь. Неважно, ложь это или, правда. Для меня твои слова дороже денег.
Когда Кума ушёл, я легла на кровать. Моё тело стало вялым, словно меня выжимали, как тряпку. Не было сил поднять руку, она падала на красную простынь. Дыхание стало тяжёлым. Закрыв глаза, я с трудом открыла их. Всё расплывалось, как во сне. Повернув голову вправо, я посмотрела на окно. В груди что-то начало колоть, я попробовала вдохнуть, но начала задыхаться. От страха у меня начались судороги в ногах. Я протянула руку к тумбочке, чтобы взять бутылку воды, но упала с кровати. Бутылка разбилась, я почувствовала сильную головную боль. В глазах всё тускнело, я хотела позвать на помощь, но мой голос пропал. Последнее, что помню, это то, как у меня потемнело в глазах, а из носа потекла кровь.
Веки были такие тяжёлые, что-то до сих пор давило на них. В комнату падал солнечный свет, я лежала под лёгким одеялом. Повернувшись на левый бок, я столкнулась лицом с Кумой.
— Проснулась, — он улыбнулся.
Я никогда не видела его улыбки так близко, как сегодня.
— Почему ты здесь? Что произошло вчера?
— У тебя три дня был жар, я вызвал врача. Он сказал, что это из-за стресса. Как ты себя чувствуешь?
— Глаза немного болят.
— Я заварю травяной чай, отдыхай, — Кума ушёл из комнаты.
Приняв душ, я надела халат и вышла и ванной комнаты. Кума сидел на кровати с деревянным подносом в руках.
— Мне уже лучше, — я села рядом с ним. — Это ты заплёл две косички?
Я прекрасно помнила, что когда потеряла сознание, мои волосы были распущены.
— Да. Ты же сама сказала, если я научусь заплетать косички, то ты разрешишь мне лечь с тобой в одну кровать.
— Ты помнишь об этом?!
— Ну, альцгеймеру ещё рано ко мне приходит, — с иронией в голосе произнёс Кума. — Выпей, я сам заварил — оставив чай, он ушёл.
Я отпила половину, и вышла на балкон. Кума накрыл небольшой стол во дворе, напротив бассейна.
— Погода восхитительная, — он снял очки от солнца, и посмотрел на балкон, где стояла я. — Госпожа, спускайтесь.
Я хотела улыбнуться, но сдержала свои эмоции, и отвернулась спиной. Открыв шкаф, я обнаружила там не только свои вещи, но и зелёную коробочку, сверху лежала записка.
"Размер брал наугад".
В ней лежал купальник, надев его, я накинула на плечи халат. Спустившись вниз, я стеснялась раздеться.
— Я купил белое вино, ты же не против? — Кума достал штопор.
— Нет. Чай мне понравился больше.
— Чай? — он обернулся в мою сторону. — Что ж, — Кума кинул бутылку в бассейн. — Плавать умеешь?
— Да.
— Купальник не подошёл?
— Нет, ты угадал с размером.
Кума снял с себя всю одежду и прыгнул в воду.
— Тёплая, — он подплыл к моим ногам. — Так и будешь стоять?
— Думаешь, я стесняюсь тебя?
— Я знаю, что ты слишком стеснительная.
— Ничего подобного, — я расслабила узел на халате, и скинула его на пол. — Так тебе нравится?
— В одежде ты выглядишь сексуальней.
— Эй! — Я прыгнула в бассейн, и начала брызгать Куме в лицо водой.
Он нырнул, и достал бутылку от вина.
— Хочешь фокус?
— Ну, — я пристально наблюдала за его руками.
Кума открыл пробку, под ней было кольцо.
— Ты станешь моей женой, хочешь ты этого или нет, но я обязан сделать тебя счастливой, — надев кольцо мне на палец, Кума сделал глоток вина из горла бутылки. — Ты согласна, значит, завтра поедем в загс. Роспись на 7:30 am. Успеем позавтракать, а потом поедем за платьем в ателье.
— Это наше расписание на завтра?
— Нет. Мы каждый день будем завтракать в 5:30.
— Так рано?
— Ты против? Я работаю с 7 утра. Если проспишь, то успеешь только к ужину.
— Но если, ты опоздаешь на ужин, то не увидишь меня никогда.
— Угрожаешь мужу?
Я посмотрела на обнажённое тело Кумы.
— Сложно быть якудза? Вы открыты населению, хоть и являетесь мафией. Ваши татуировки, они выглядят завораживающе. Так ли прекрасна ваша жизнь?
— Якудза — это японцы, вступившие на преступный путь, нам ничего не страшно. Мы принадлежим не себе, а тому, кто нас создал. В отличие от мафий других стран, группировки якудза имеют официальные штаб-квартиры, не скрывают своей внутренней иерархии, имен боссов. Некоторые общности даже зарегистрированы в составе патриотических организаций и ультраправых, то есть, радикальных объединений. У кланов якудза есть общеизвестные эмблемы. Они становятся темой для татуировок. Якудза, вообще, к ним неравнодушны, исписывают свои тела с ног до головы.
В книге рекордов Гиннесса якудзы указаны, как самые влиятельные преступники мира. Порой, нас даже поддерживает официальная власть, лишь бы был порядок.
