— Сейчас я буду тут рисовать. Райан взял красную ручку, потом немного постоял, словно что-то обдумывая, и потянулся к черной. Он заполнил все ячейки под своим именем: церемония зажигания фонарей; на Бэк Бич; снова на Бэк Бич; потом в лагере. Перед шестью часами утра он провел жирную черту.
— В какое время ты попал на Остров? — спросила Кейт.
— Около одиннадцати тридцати.
— А потом? — спросила Лидди.
— А потом мы, это… ну, немного подурачились.
— Так ты ушел оттуда в час ночи?
— Скорее где-то в двенадцать тридцать. В свой домик я пришел один. Тай обещался меня прикрыть, если что. Ну, мы немного поболтали, когда я вернулся.
— Так хоть кто-нибудь знает, когда Аманда… — спросила Мэри.
— Лично я без понятия, — ответила Лидди, глядя на Райана. — А разве мы должны это знать?
— С ней было все в порядке, когда я оставил ее.
— Так уж и в порядке? — поинтересовалась Марго. — Сильно сомневаюсь.
— Ну хорошо, — ответил Райан. — Она была сильно расстроена. У нас… Ну, в общем, у нас не сложилось. Но я ничего с ней не делал, богом клянусь. Когда я уходил, она сидела на пляже, смотрела на воду и на то, как я отгребаю.
— Но что же тогда с ней случилось? — спросила Эми.
— Без малейшего понятия.
— Без малейшего говнятия, — встряла Лидди.
— Лидди, перестань, — попросила Кейт.
— Фигушки, Кейт. Мне надоело все держать в себе. Если он хочет, чтобы мы прекратили сомневаться в нем, пусть прекратит свое вранье. Причем немедленно.
— Вранье? — спросила Марго. — Ты об этом что-то знаешь?
— Райан, может, ты наконец все расскажешь? Или мне самой это сделать?
У все еще стоявшего рядом с доской Райана вид стал окончательно потерянным.
— Ну ладно. Ладно. Она подошла к доске. Стерла то, что было написано в столбце под именем «Райан» напротив шести часов утра. Потом присела и написала: «Сикрет Бич».
Райану казалось, что кто-то влез в его грудь и изо всех сил сжал его сердце. Ничего подобного он не ожидал. Все шло не так, как должно было. Он должен был понимать, что с Лидди уже достаточно. Ему следовало понимать, что, хотя Марго и изложит свой план — даже не план, а глуповатое предложение поиграть в детективов — он все равно не сработает. За свои тайны люди цепляются самым отчаянным образом. И Райан понимал это лучше, чем все остальные. Если началось хоть какое-то подобие расследования, если одни пытаются разоблачить других, тут и невиновный почувствует над собой угрозу.
— Райан?
— Что?
Марго стояла перед ним с весьма своеобразным выражением лица. Подобное выражение ему доводилось видеть не только у нее — так выглядели все женщины, которых ему приходилось разочаровывать. Его мать. Его жена. Стейси Кенсингтон за несколько минут до того, как все пошло наперекосяк.
— Лидди говорит правду? Ты был на Сикрет Бич тем утром?
— Да.
— О Господи.
— Но ведь это ничего не меняет.
— Да как ты можешь так говорить? — возмутилась Марго. — Это меняет вообще все!
— Я ничего с ней не сделал.
— Тогда почему ты оказался там?
Райан снова почувствовал, как все сжимается у него в груди. Словно его сердце запихали в морозильник. Как он мог объяснить все это? Да никто и не хотел слышать его объяснений. Никто ему не верил.
Так было и со Стейси. Несмотря на то, что он принял на себя всю ответственность, этого было мало. Он должен был сделать кое-что еще.
Настоящей же ошибкой, за которую он действительно должен был ответить по полной программе, был затеянный им разговор со Стейси. С Кэрри они уже встречались несколько лет подряд. У них все было серьезно, а Кэрри настаивала на том, чтобы окончательно решить ситуацию. У него же совершенно не было уверенности в том, что он этого хочет. Брак? Отцовство? Ему требовалось какое-то время, чтобы прийти к осознанному решению, но Кэрри, похоже, не нуждалась в аналогичном, так что ему оставалось только сомневаться про себя. Если она — та самая, единственная — то ему следовало бы понимать это. И не удивляться. Он же так отчаянно нуждался в ком-то, на кого можно положиться. В ком-то по-настоящему хорошему. Сама она так и говорила. Но, как он ни старался, не мог толком объяснить ей, что главным образом он не уверен именно в себе. В роли отца он себя совершенно не представлял. Да что там, он даже не считал, что хоть когда-нибудь сможет обрести душевный покой. Кэрри стала для него настоящим сюрпризом. Она бросила вызов его представлениям о самом себе. Он хотел разобраться в том, почему над многими вещами в свое время он просто смеялся. Может, он просто повзрослел? А может, он и теперь облажается, как и тогда, когда ему было пятнадцать, и он менял девчонок как перчатки? Но ему не хотелось подводить Кэрри. Он был с ней честен и искренне недоумевал, как она при всем при этом могла любить его.
Встреча со Стейси чем-то напомнила ему знакомство с Кэрри. Ее младший брат жил в лагере. Она приехала туда на семейные встречи. После скандала с Кэрри он явился туда, чтобы раз и навсегда понять, как поступать дальше. Сломать все или упрочить, так он полагал.
