Она разделась и встала под струи. Ей ужасно хотелось стереть больничный запах со своих волос, удалить его из своих ноздрей. Смыть эту непереносимую смесь антисептика и грусти, которую она теперь никогда не забудет. Боже, как же она ненавидела больницы. И лагерь тоже. Она действительно его ненавидела.
Эта мысль ненадолго привела ее в ступор. Неужели она, в самом деле, так думала? Приходится признать — многое в данной связи действительно пробуждало в ней ненависть. Она никогда не хотела быть членом этой семьи, а семьи ведь не выбирают, так что волей-неволей приходилось во всем участвовать. Теперь у нее появилась настоящая возможность побороться за самодостаточность, участвуя в коллегиальном решении вопроса, кто же получит долю от собственности — Райан или Шон. Но почему? Неужели она всерьез считала, что именно Райан избил Аманду? Все указывает именно на него. А двадцать лет назад, когда они плыли по озеру, она была уверена, что это сделал тот, кто был в каноэ, плывшем на Остров благодаря сильным рукам, толкавшим его. И то, что они нашли Райана на Сикрет Бич, лишь подтвердило ее догадки. Райан постоянно твердил, чтобы все оставалось в тайне… и говорил, что все это ради того, чтобы обезопасить Марго. Но Лидди нутром чуяла — Марго ко всему этому абсолютно непричастна. Но кто же это был, в конце концов? Неужели Райан от начала и до конца был невиновен?
Лидди вздрогнула от обжигающего холода воды. Если он был невиновен, значит, это сделал кто-то из них. Это была не она. И не Кейт. У каждой из них заведомо было алиби для другой. В то, что это могли сотворить те козлы из колледжа, жившие по ту сторону озера, она никогда не верила. Разве у них был хоть какой-нибудь мотив? Так что давайте оставим в покое всех знакомых, кто мог иметь к этому отношение. Если ее предположение верно, то сделавший все это человек ей незнаком, но она не понимала, какое значение может иметь этот факт. Она вновь вспомнила документы, которые они нашли днем раньше. Оказывается, ее семья была просто набита секретами. И как же ей было успеть во всем этом хаосе понять, что же значат найденные бумаги? Но ей придется разобраться в этом перед предстоящим голосованием.
Она выключила воду. Выходя, обертывая бедра полотенцем, она услышала храп Шона. Она не могла избавиться от мыслей о нем. Какую роль он играл во всем этом спектакле? Потому что когда правда вылезает наружу, о, все Райаны этого мира, наступает очередь Шонов. Она спустилась вниз. Доска по-прежнему стояла там, где они ее оставили. И все эти коробки, наполовину наполненные документами, среди которых нет ни одного, который не был бы известен Лидди. Во всей картине, правда, зияла здоровенная дыра — они ничего не знали о том, что произошло за те несколько часов, которые они провели в плавании. Вот когда они узнают, что творилось в то время, тогда сложится и весь этот чертов паззл.
Лидди вернулась в хижину и натянула одежду, которую она стащила у Оуэна. Прихватила те бумажки, которые скрыла от Кейт и внимательно их прочитала. Своим содержанием они давили похуже бетонных плит. Она легла, пытаясь заснуть. Потом она даже удивлялась, как быстро ей это удалось, хотя она и просыпалась через каждые полчаса, словно ожидала команды о начале посадки в самолет. В восемь тридцать прозвенел звонок (это был так называемый «воскресный звон»). Разве Шон когда-нибудь позволял себе упустить возможность потрясти колокольчик[9]? Лидди наконец сдалась и встала. Из окна она взглянула на озеро. Погода менялась, надвигались низкие облака весьма угрожающего вида. Похоже, скоро начнется дождь. Может, и неплохая погода для поминок, но только не для сотен людей, которым придется тут оказаться.
Если пройдет серьезный дождь, как они себе будут лазать тут по грязи?
Лидди нашла Шона на Боат-Бич. Дверь в лодочный сарай была открыта, он в это время выносил на пляж весла.
— Ты что это здесь делаешь?
— Подсматриваю за одним каноэ. А по-твоему, что я делаю?
— У тебя такой вид, словно ты планируешь сбежать.
Шон посмотрел на нее с берега. Восходящее солнце пробилось сквозь листья деревьев и вызолотило его затылок, создав своеобразный эффект ореола. Ох уж эти его красно-рыжие волосы. Он носил длинную прическу до тех пор, пока все ребята дружно не окрестили его «Клоуни». Правда, потом он постригся короче, отчего его волосы казались темнее, если только он не пропадал часами на солнце.
— Значит, сбежать? — произнес Шон. — Но зачем?
— Чтобы подальше убраться от всех вас.
— Я должен был сделать это давным-давно.
— Наверное.
— Зачем ты явилась сюда, Лидди?
Уверенности ей по-прежнему недоставало. Когда она возвращалась в хижину, то размышляла, что хорошо бы встретиться с ним лицом к лицу. Но теперь, когда она смотрела на него — как он стоит в тени в заскорузлых шортах, с зажатым в руках веслом — ее пронизала дрожь.
Она сунула руку в карман и ощутила пальцами неровные края кусочков бумаги, которые она прихватила. — Я тут кое-что нашла.
— И что же?
— Ты разве не спросишь — где?
— Спрошу. Где?
— Это принадлежало моему отцу.
