— Куда именно в лес они отправились? Пойду поищу их.
— Я пойду с тобой. Вдруг там дикие кабаны или еще что. Дима с меня три шкуры сдерет, если с тобой что случится.
И Стас пошел впереди.
Светлана хотела взять детей и пойти к Елизавете Родионовне, но сейчас вынуждена идти вместе с Стасом. Вот привязался!
Двое отправились в лес на отшибе.
Узкая лесная тропа за ночь пропиталась росой, и идти по ней было скользко. Стас предостерег:
— Будь осторожна.
— Угу.
Тропа вся заросла, и идти по ней было трудно. Светлана медленно, шаг за шагом пробиралась через заросли. Стас заметил палую растительность на тропе и окликнул:
— Вижу следы. Нам туда. Я пойду впереди, а ты за мной.
Стас пошел по следам. Светлана последовала за ним. Вдруг она почувствовала резкую боль в ладони, от которой женщина вскрикнула. Она проткнула руку торчащей веткой. Из раны потекла кровь.
— Ты в порядке? — встревоженно спросил он.
Стас быстро направился к ней. Но из-за спешки он поскользнулся и чуть было не упал на землю: благо он успел ухватиться за ветви.
— Твою ж…
Он глубоко вздохнул, приходя в себя после предотвращенного падения.
— А ты в порядке? — с заботой спросила Светлана.
— Нормально. Сама-то как?
— Жить буду.
Светлане было не в первой передвигаться по лесу. Когда она была маленькой, ее с матерью депортировали из страны и они оказались без денег в какой-то глуши. Тогда они часто ходили по окраинам какой-то деревушки, собирали папоротник в лесу и ели его. Чего только не съешь, когда голоден и нет денег.
Через полчаса ходьбы Стас увидел большие и высокие кусты с ярко красной как пламя дикой калиной. Ягода бросалась в глаза посреди зеленого леса. Наверняка Дмитрий с детьми где-то неподалеку.
— Свет, смотри, вот калина. Значит, они где-то близко.
— Кто здесь? — Послышался чей-то голос.
Это оказался один из телохранителей Дмитрия. Опознав его, Стас ответил:
— Это я. А где Дмитрий?
— Он здесь.
Дальше по уже протоптанному пути идти было легче: ушедшие за ягодами оставили за собой узкую слякотную тропинку. Вместе с телохранителем Стас и Светлана дошли до кустов калины. Светлана разглядела силуэты дочери и Дмитрия у одного из них. Маша ела ягоду так, что на уголках ее рта оставался сок, который вытирал Дмитрий.
Когда-то Светлана считала Дмитрия счастливчиком: у него были мать и отец; жили они в достатке; когда он родился, все вертелись вокруг него. Все изменилось, когда она узнала, что Елизавета Родионовна — его родная мать, и девушка вдруг воспылала к нему сочувствием и сожалением.
— Мамуля! — воскликнула от радости Маша, когда увидела Светлану. — Ты пришла за мной?
Дмитрий обернулся, и перед его взором предстала изящная женщина, притягательность которой ничуть не умалялась даже в таком темном лесу. Время еще не настало, как же она смогла выйти? Светлана сошла вниз. Сорняки у калины почти все сорвали, и пробираться к кустам ягоды было еще легче, чем по тропе, которой они шли ранее. Светлана уже хотела погладить по голове свою дочь, но, посмотрев на свои измазанную в грязи руку, одернула ее.
— Да, милая, я же так соскучилась по своей дочурке, что отпросилась проведать тебя.
— Ты поранилась?
Дмитрий заметил кровяной след у Светланы на руке, которую она хотела протянуть к Маше. Та посмотрела на рану.
— Ничего. Просто царапина.
— Пойдем.
Дмитрий взял Светлану за руку, держа на другой руке Машу.
— Мама, мамуль! — Паша побежал к матери с горстью ягоды в руке.
— Аккуратней, не упади, — сказала ему Светлана.
— Я смотрю под ноги.
Паша подбежал к ней и повертел перед ней калиной.
— Мамуль, на, попробуй. Сладкая.
В это время года горечь калины исчезала, и ягода обретала сладкий вкус. Светлана улыбнулась.
— Вернемся и попробую. А сейчас пойдем.
Она уже потратила так много времени и боялась, что Елизавета Родионовна будет вся вне себя от ожидания.
Паша покивал головой и спросил:
— Мама, а ты ведь теперь всегда со мной будешь?
Светлана бросила взгляд на Дмитрия, затем сказала Паше:
— У мамы еще есть дела. Когда все закончится, мы сможем вернуться. А еще я могу взять вас с собой.
— Правда? — Паша от счастья обнял ногу матери.
— Мамуль, а мне тоже можно с тобой? — спросила Маша, хлопая глазками.
— Конечно.
Глаза Марии засверкали от счастья.
— А я? — спросил Дмитрий и чуть крепче сжал руку жены. Детей она может взять, а его?
Светлана не решалась ответить на его пристальный взгляд и лишь робко ускользнула от него.
— Мастер разрешает взять с собой только двоих. Так что… поэтому…
— Поэтому мне нельзя?
Глаза Дмитрия чуть поникли. По ее покрасневшим щекам и неуверенному взгляду он видел, что Светлана что-то не договаривает, но не стал давить на нее.
— Пойдем, — помрачневшим тоном позвал он.
Телохранители расчищали дорогу, поэтому путь назад не занял много времени и все благополучно вышли из леса.
Дмитрий передал дочь Кире, и вернулся в комнату, ведя за руку Светлану.
Раньше она едва ли с таким упоением слушала бы Дмитрия. Но сейчас она не хотела ему отказывать. Она захотела прижать его к себе. Она захотела — она прижала. Светлана обхватила руками талию Дмитрия.
