Маша с некоторой горделивостью рассказала о своем первом походе в лес по ягоды:
— Сегодня мы с папой ходили в лес, а там много-много калины, и мы много-много насобирали. А они такие сладкие! Мы, вот, еще с собой взяли.
Этот поход оставил неизгладимые впечатления в памяти девочки, и после него она будто почувствовала себя взрослее.
— Ой, да? Прямо в лес за ягодами ходили?
Елизавета Родионовна не ожидала услышать такое. За эти годы она изучила нрав Дмитрия. Он был бесстрастным и всего себя посвящал делу. Подумать только, что, став отцом, он изменится настолько, что возьмет и поведет детей в лес. Подобные вещи выдают в нем человека живого.
Елизавета погладила Машу по голове.
— Калина сейчас не горькая, но есть ее много нельзя. Горсточку и все.
Светлана с пакетом собранной ягоды в руках медленно пошла за Елизаветой Родионовной и детьми. Уголки губ Светланы невольно поднимались в улыбке, когда она смотрела на Машу и Пашу вместе с их бабушкой.
Близился полдень, утренний туман рассеялся, и проглянули теплые лучи солнца. Елизавета Родионовна, держа за руку детей, повела их в дом, по пути болтая и смеясь с ними.
Вениамин Родионович вернулся, когда Светлана все еще была в горах. Во дворе стояло два короба из цельного дерева, которые были уставлены всевозможными изделиями, вырезанными из дерева.
Глаза Паши вдруг засияли, он отпустил руку Елизаветы Родионовны, подошел чуть ближе и взял в руки вырезанного из дерева голубя. Самым удивительным было то, что лапы, крылья и глаза были подвижны, а перья на его теле выглядели, как настоящие, это был результат по-настоящему упорной и кропотливой работы.
— Ух ты, я никогда раньше не видел такую резьбу по дереву.
Вероятно, у маленьких мальчиков влечение к технике — это врожденное. Маша же в этом плане была намного спокойнее, ее мало что могло настолько сильно заинтересовать, кроме вкусной еды и пушистеньких кукол.
После того как его сестра вышла замуж за Гусева, Вениамин остался один в этой маленькой деревушке и с тех самых пор так и не женился. Обычно он занимался резьбой по дереву, чтобы скоротать свое время. Все эти изделия — это плод его собственного труда, с момента как он только обучился, по настоящее время, он всегда был очень хорош в этом. Он потратил немало времени и сил, чтобы овладеть этим искусством и теперь будь то полет в небе, плавание или бег, все это он мог вырезать очень реалистично, он словно вселял душу в свои изделия, они буквально оживали у него в руках.
У Паши разбегались глаза, ему каждое животное казалось особенно милым и живым, он хотел потрогать в руках каждую и рассмотреть их все поподробнее.
Увидев насколько сильно это все впечатлило мальчика, Вениамин Родионович рассмеялся.
— Что же в этом такого увлекательного? — Маша скривила лицо, ей казалось, что это все было сделано для ее брата, а ее саму оставили с пустыми руками.
Малышка надулась, она была очень расстроена.
Светлана погладила дочь по волосам и посмотрела на Вениамина Родионовича:
— Она очень любит сравнивать себя с братом.
Елизавета Родионовна нежно улыбнулась, такова уж природа детей, они невинные, по-настоящему живые и беззаботные.
— Ой, а Машенька что, ревнует к своему брату?
Вениамин Родионович ее подразнивал, он широко улыбался, что аж были видны морщины в уголках его глаз, но это было очень радужно и так по-доброму.
Маша поджала свои розовенькие губки:
— Вы сделали так много игрушек для Паши, но не сделал ничего для меня.
— А что тебе нравится? — Спросил он.
Маша наклонила голову и призадумалась,
— Мне нравится пудинг, дыню и шоколад…
Она произнесла внушительный список из различных вкусностей.
Светлана не знала что и сказать.
— Ох уж этот ребенок…
Она конечно знала, что ее дочь так еще сладкоежка, но не до такой же степени, у нее спросили какие ей нравятся игрушки, но она даже тут умудрилась заговорить про еду.
— Хоть у меня здесь и нет всех этих вкусностей, но…
Он подошел к одному из деревьев, растущих в саду, в такую погоду оно цвело особенно красиво, на нем были пышные бледно-желтые листья.
С ветвей дерева свисали две, толстые как плеть, веревки, было сложно разглядеть что висит под ними, оно было накрыто красной тканью.
— У меня и для Машеньки есть сюрприз, правда я не уверен понравится ли он ей.
Девочка была очень взволнованна, она быстро подбежала поближе,
— Что же это, что, я хочу посмотреть.
— Открой сама.
Сердце Вениамина запрыгало от волнения, он переживал, что девочке может не понравится подарок, которой он ей приготовил от чистого сердца.
Маша схватило кусок красной ткани и стянула его вниз, красная ткань скатилась на землю. Под ней весел огромный белый гусь, его крылья веревками крепились к дереву, в его туловище было отверстие, а в нем сиденье со спинкой.
— Я хочу сесть в него, — Маленькая девочка ухватилась за гуся.
— Я еще никогда не каталась на качелях похожих на большого белого гуся.
