Иначе почему он не говорит ни слова?
Вдруг Дмитрий отбросил полотенце в сторону, двумя руками схватил ее лодыжки и придавил ее всем телом. Светлана начала сопротивляться:
— Ты что делаешь? — Прошептала Светлана, сопротивляясь, — Здесь же дети спят!
Вдруг он лукаво приподнял брови и тихо проговорил:
— А ты кричи потише, тогда они и не проснутся.
Светлана опешила.
— Почему ты становишься все более и более бесстыдным? — Светлана продолжала бороться с еще большей силой, боясь, что в него вселился черт, и он начнет делать что-то неподобающее прямо перед детьми.
Дмитрий согнул колени и зажал ее ноги своими ногами, обездвиживая ее. Его ум был чрезвычайно ясен, и даже если перед ней он теряет самообладание, он не станет опрометчиво совершать перед детьми что-то из ряда вон выходящее.
Он спокойно посмотрел на жену. Она и так была очень молода, но ее изящная красота заставляла ее выглядеть еще моложе. Ее щеки были нежными и белыми, словно фарфор. Он нежно коснулся их:
— Свет, мне не нравится то, как он о тебе думает. Ненавижу.
Он не мог быть великодушным к тому, кто жаждет его жену.
— Я человек простой, и моя девушка должна принадлежать только лишь мне одному, и никто не смеет о ней даже и подумать.
Светлана понимала его, ведь если бы кто-то точно так же имел похожие намерения по отношению к Дмитрию, то она тоже не могла бы быть спокойной и счастливой, и всегда бы чувствовала дискомфорт в душе.
— Я понимаю, но я люблю только тебя, а по отношению к нему я просто честна, — выразила свои мысли Светлана. Этот мужчина иногда был чересчур эгоистично невнимательным, и нужно было постоянно объяснять ему, чтобы он не выдумывал лишнего.
Светлана внезапно улыбнулась:
— Чем больше я живу с тобой, тем чаще обнаруживаю огромную разницу в твоем поведении на улице и дома.
— Что? В чем это проявляется? Скажи мне? — Заинтересованно спросил Дмитрий и лег с ней рядом на бок, подвинув ее так, чтобы случайно не надавить на живот.
— Сначала отпусти мои ноги.
Дмитрий не отпускал:
— Сначала скажи.
— Ах ты негодяй, как этого не видят твои сотрудники?
— Я проявляю свой нрав только перед моей женой, они не имеют права это видеть, — беспечно ответил он.
— Ясно, — вздохнула Светлана, — Ты и правда очень простой.
Дмитрий взял ее за руку:
— Прикоснись.
Светлана приподняла брови, ее глаза расширились. Остолбенев, она посмотрела на него и пролепетала:
— Ты…Ты что делаешь?
— Я хочу позволить тебе коснуться моего тела, и почувствовать, горячее ли оно, и бьется ли мое сердце, ведь оно не из железа и не из меди. Оно теплое, и состоит из плоти и крови. Оно так же, как и у всех, не сможет избежать смерти. У меня самое обычное сердце, не проси его быть таким, словно ого принадлежит богу и не имеет в себе никаких страстей и желаний, — Он посмотрел на румянец, возникший на лице Светланы и угрюмо улыбнулся:
— Ты о чем сейчас подумала?
Светлана слегка закашлялась, пытаясь притвориться спокойной:
— Нет, ни о чем.
— Как там говорится эта пословица? С кем поведешься, от того и наберешься.
— Это ты обо мне? — Он слегка приподнял брови.
— Вы о чем там шепчетесь? — Маша удивленно потерла сонные глаза. Она только что проснулась, и его глаза еще не привыкли к свету в комнате.
— Ни о чем, спи, — Светлана тут же подошла к ней и приобняла, нежно погладив по спине.
— Мамочка, ты сказала, что завтра мы поедем в зоомагазин, не забудь, — Посещение зоомагазина сделалась для нее самой важной вещью на свете. Она еще не до конца проснулась, но напомнить об этом, однако, не забыла.
Светлана откликнулась:
— Хорошо, завтра обязательно съездим, а теперь — спи.
— Мамочка так давно не обнимала меня перед сном, а в этих объятиях все так же тепло, как раньше, — угрюмо сказала маленькая девочка, устроившись в ее объятиях.
Светлана не могла не почувствовать вину. Эти дни она была занята бизнесом, была и довольно невнимательна по отношению к своим детям.
За это время дети выросли и уже многому научились. Они сами ложились спать, сами одевались, и уже даже не нуждались в том, чтобы кто-то помог им умыться и почистить зубы. Теперь они могли сами заботиться о себе в повседневной жизни.
— Скоро мамочка будет проводить с вами больше времени, — Светлана опустила голову и поцеловала дочь в лобик.
Дмитрий выключил свет, лег позади Светланы и приобнял ее:
— Завтра я пойду с тобой.
Светлана угукнула, не желая сейчас об этом думать, чтобы не испортить интерес ребенка.
На следующее утро Светлана встала очень рано. Так как дома были гости, долго валяться в постели было бы невежливо. Фаина тоже встала очень рано. Спускаясь вниз, Светлана вдруг увидела, как она выходит из комнаты Киры и удивленно спросила:
— Ты разве спала не в этой комнате? — Она указала на детскую.
— Да, там, — ответила Фаина, — но я услышала, как Кира звала Екатерину Алексеевну, но она была занята приготовлением завтрака, поэтому я решила помочь. Ведь у нее больные ноги и она не может сама дойти до ванной.
Светлана все поняла, спустилась вниз по лестнице и с улыбкой спросила:
— Как спалось?
Фаина ответила:
— Я поспала ночь, но потом проснулась в пять утра и больше не смогла заснуть.
