– Да. В письме не называется имя предателя, но из него понятно, что мне оно известно.
– Итак, если ваш объект, этот «призрак», хочет спасти себя и своих друзей, ему надо узнать у вас имя отступника и срочно сообщить его афганскому полевому командиру. Правильно?
– Совершенно верно, – ответил я. – Объекту наших поисков, образно говоря, придется прийти к водопою – отправиться в Бодрум и заставить меня говорить. На все про все у него не больше суток.
– Тут-то вы и схватите его.
– Нет, мы не станем его арестовывать.
– Нет?! Но как же?! Я думал…
– Арест не поможет. «Призрак» располагает необходимой нам информацией. Допустим, он уже отправил пакет в Америку или собирается это сделать. Тогда у нас нет шанса обнаружить злоумышленника. Мы должны заставить его раскрыть нам все данные об отправке груза.
– Подвергнув пытке?
– Нет, здесь та же проблема, что и с его сестрой. К тому времени, когда мы обнаружим, что он обманул нас, наболтав уйму всякой чуши, будет слишком поздно. Пакет уже будет на месте. Нет, преступник должен сообщить нам все сведения добровольно.
Брэдли рассмеялся:
– И как, интересно, вы собираетесь вынудить его сделать это?
– Не я. Это будет вашей задачей.
– Нет! – воскликнул Бен, буквально испепелив меня взглядом.
Никогда не видел, чтобы он впадал в такую ярость. Я только что объяснил Брэдли, каким образом собираюсь заставить Сарацина раскрыть подробности доставки смертоносного вируса. Бен даже не пытался скрыть своего отвращения. Он явно осуждал мой план и не хотел участвовать в его осуществлении.
– Нет! Я не стану этого делать. Да и никто бы не согласился. Это кем же надо быть, что за ум иметь, чтобы вообще выдумать такое?!
– Ну что ж, предложите идею получше, – ответил я, стараясь сохранить спокойствие. – Поверьте, лично мне все это нравится ничуть не больше, чем вам.
– Да что вы говорите? Не забывайте, что вы сознательно избрали такую жизнь.
– Если помните, я хотел от нее отделаться, но эта жизнь снова выбрала меня.
Я не на шутку разозлился: не хватало еще, чтобы мне сейчас читали мораль. Нажав на тормоз, я припарковался рядом с кафе, откуда открывалась панорама Бодрума и моря.
– Меня не интересуют эти чертовы пейзажи, – буркнул Брэдли.
– Я поставил машину с таким расчетом, чтобы вы могли побыть в одиночестве.
– Почему вы решили, что я в этом нуждаюсь?
– Вам необходимо побеседовать с Марси.
Я припарковался подальше от толпы, сидящей на террасе, и стал вылезать из машины, чтобы не мешать Бену.
– О чем, интересно, я должен с ней говорить?
– Помнится, однажды вы сказали мне, что у родителей вашей супруги есть домик на взморье.
– Какое это имеет отношение к нашим делам?
– Так есть у них домик или нет? – настаивал я.
– Ну есть. На Внешних отмелях[26]. Зачем вам это?
– Скажите Марси, чтобы она немедленно, прямо сейчас, отправлялась туда.
– Вообще-то, жена, полагаю, захочет узнать причину.
Я проигнорировал это замечание.
– И пусть захватит с собой как можно больше провизии: риса, муки и воды в бутылках. А также предметы первой необходимости и обязательно баллоны с газом. Вы поняли меня? Это очень важно.
Бен смотрел на меня во все глаза. Гнев его прошел.
– Вы пугаете меня, Скотт.
– Броуди! Сколько раз вам повторять: меня зовут Броуди!
– Извините.
– Вам нечего бояться, пока вы следуете своим высоким моральным принципам. Стрелять Марси умеет?
– Конечно. Я научил ее.
– Пусть запасется длинноствольным оружием: винтовками, дробовиками. Очень пригодились бы автоматы. Ей потребуется очень много оружия.
Брэдли попытался было что-то сказать, но я резко осадил его:
– Заткнитесь! Молчите и слушайте! Если кто-то приблизится к дому на расстояние в две сотни ярдов, пусть Марси прикажет ему отступить. В случае неподчинения надо вести огонь на поражение. Без предупредительного выстрела. Запомните: двести ярдов – это чрезвычайно важно, на таком расстоянии она избежит опасности вдохнуть частицы вещества, распыляемого из аэрозольного баллончика, и не будет инфицирована.
Я видел, как искра страха загорелась в глазах Брэдли.
– Чем инфицирована?!
– Крайне вредоносным вирусом, устойчивым к любой известной науке вакцине. Так называемый нестабильный вирус оспы, вызывающий кровотечение. Считается, что смертность при заражении им составляет сто процентов. Именно его наш «призрак» засылает в Соединенные Штаты.
Таким образом, Бен Брэдли, сотрудник убойного отдела полиции Манхэттена, герой Одиннадцатого сентября, только во второй раз в жизни оказавшийся за границей, человек со стороны, мобилизованный для участия в тайной войне всего лишь каких-то двенадцать часов назад и сидевший теперь с отрешенным видом на морском побережье в Турции, самый храбрый парень из всех, кого я встречал в жизни, оказался одиннадцатым, кто был посвящен в этот секрет.
Весь путь до Бодрума мы проделали в молчании.
Бен так и не позвонил Марси. Он предпочел, как говорится, выбрать из двух зол меньшее, и, поскольку сам не придумал никакой альтернативы моему плану, согласился в нем участвовать.
