— И вы не справились? — я попытался поддержать разговор.
— Ещё как справились! К нам пришли и сказали — постройте вечный рай. Что просили, то и получили. Мы не художники, не танцоры и не артисты, мы работаем строго по техническому заданию. А что нужно для вечного развития? Правильно! Научный прогресс. А для этого нужно растить учёных и заставлять их решать проблемы общества. И вокруг них должны быть помощники, целая армия помощников, которая строит школы, институты, лаборатории, экспериментальные комплексы, новые заводы и дальше по списку. В общем, при таком подходе постоянно возникают нешаблонные задачи, над которыми нужно думать и трудиться, даже если тебе помогают роботы. А чтобы шестерёнки вертелись, нужно было подгонять людей кнутом и пряником.
— Но система работала?
— Да. Система работала, но никто кроме нас, не был ею доволен. И начались правки от заказчиков. А давайте будем больше отдыхать, но чтобы избежать деградации. Хорошо, сказано — сделано. Но тогда нужно сократить численность населения, нужно перестать плодиться как кролики, и в оставшиеся часы придётся работать более эффективно. И люди опять заныли — никто не хотел уступать. Тогда они предложили лениться и проедать достояние предков до тех пор, пока не появятся неотложные проблемы. Ну, мы развели руками и честно заявили, что при таком раскладе не гарантируем выживание человечества... Чем больше мы вносили правок, тем хуже становился Роборай второго издания.
— Забавно и печально одновременно. Но чем же закончился этот сериал? Тьфу ты, я хотел сказать ваша история.
— Помните, я сказал про подходы к построению искусственного интеллекта? Умная машина получается дорогой, громоздкой и энергозатратной. Она не подходит для массового производства, но теоретически её можно построить. А что если создать всего лишь один, но максимально умный компьютер? Не просто гениальный, а даже сверх этого.
— А вот это звучит уже очень пугающее.
У меня на лице пропала улыбка, за подобные эксперименты Вселенский комитет и прочие акулы большого бизнеса сбрасывали бомбы с антиматерией без предупреждения, сверхинтеллект был крайне опасен и объединял против себя все разумные цивилизации. К счастью для жителей этой планеты, они умудрились создать Роборай, забыв про космические достижения, иначе крупные игроки узнали бы про их существование и «контролировали» бы их прогресс.
— Но людям идея очень понравилась. Мы, наконец, действительно объединились ради одной цели. В этой машине заключён труд всего человечества за многие десятилетия. Мы назвали её довольно просто: «Высшая Система». Мы запустили её и отдали приказ: придумать и построить рай для всех людей. К сожалению, к концу проекта мы немного увлеклись и опять опустошили родную планету. Мы не могли ждать, когда «Высшая Система» закончит расчёты и начнёт действовать. И поэтому мы спешно изобрели капсулы криосна. Остатки человечества переместились в глубокие катакомбы, которые находятся прямо под нами.
— Вместе с Высшей Системой?
— Да.
— И вместе с атомными реакторами последнего поколения?
— Естественно. Высшая Система требует много энергии и поэтому самые лучшие генераторы располагаются именно в этом комплексе.
— Но человеческое тело не может долго находится в анабиозе.
— Ну да, нужны хитрости, постоянный отвод накапливающихся токсинов, работа с теломерами, обновление клеток и прочее. На каждую капсулу приходится по два робота-медика. Периодически, в зависимости от состояния здоровья, роботы заставляют людей просыпаться, чтобы перезапустить их организм. Вначале всё было хорошо и спокойно. Люди просыпались, наблюдали за кипучей и непонятной работой Высшей Системы, и опять уходили в сон. Некоторые из нас, особо нетерпеливые вроде меня, поднимались на поверхность, чтобы на время вернуться к любимой работе. А потом что-то пошло не так... — Райтфолл остановился и задумался над воспоминаниями. — Связь с подземным комплексом оборвалась, Высшая Система перестала подчиняться людям. Начиная с того момента, оттуда выбрался только один человек. Его сильно порезали, видимо роботы пытались влезть ему в черепную коробку. Он рассказал мне всяких ужасов, прежде чем умереть.
Установилось неловкое молчание. Я покашлял в кулак и попытался продолжить разговор:
— Но ведь это не конец истории?
— В каком-то смысле конец. Мы дошли до неизведанной территории. Никто не знает, что там происходит — больше оттуда никто не возвращался.
— И что вы предприняли дальше?
— Я стал работать над старыми проектами. К счастью, часть роботов осталась под моим личным контролем, и я смог продолжить исследования.
— А другие выжившие?
— Их совсем немного, они решили не жить рядом с вулканом, который может в любую секунду взорваться. Они ушли куда-то далеко в Африку.
Сюзанна прониклась состраданием и сказала.
— И вам пришлось жить в одиночестве всё это время? Почему вы не ушли?
Райтфолл раскинул руки.
