Боб повертел руками, говоря продолжай. Я ответил.
— И чтобы потом добраться до сокровищницы Кабала. Ты ведь уже знаешь, что я говорил контрразведчикам на первом допросе? Там машина судного дня, которую нужно остановить любой ценой.
Подполковник вздохнул, ему в это просто не верилось. Тогда он изобразил символ веры и потом как бы положил на воздушные весы, и в конце указал на меня.
— Что значит идеология повстанцев для меня? Я согласен, что это хорошая прогрессивная вещь, может из неё даже вырастет что-то стоящее на несколько веков вперёд, если не больше. Я вам потому и помогаю, потому что легче всего сражаться за правое дело, когда нет сомнений и вопросов совести, когда знаешь, что будешь получать поддержку от большинства людей, которые нормальные.
Бобу такой ответ понравился и он был полностью удовлетворён. Потом он изобразил руками, как семя прорастает и указал на нас двоих.
— Значит проекту Зелёный змий быть?
Боб утвердительно кивнул головой.
— Ты правда считаешь, что это предприятие принесёт пользу?
Я снова получил положительный ответ, также Боб изобразил паутину, которую бьют, бьют и никак не могут прорвать, а потом, лезвие ножа делает надрез и всё сыплется. Потом он указал на верх и развёл руками.
— Кабал?
Отрицательно покачал головой и указал на нас двоих. Он имел ввиду наш верх.
— С Лейном будут проблемы?
Боб изобразил, что принюхивается, и ему не нравится запах. Потом он добавил, что может лично попробовать убедить Лейна и протолкнуть идею, но надо мной появится нечестивая тень. Некоторым повстанцам не понравится, что я использую «дьявольские» методы и привношу в мир новую скверну (зачастую самую ценную информацию мы слышим вскользь, я обратил внимание на уверенность Боба в успешном разговоре с Лейном, я запомнил эту мелочь, стал копать и позже выяснил, что Лейн и Молчаливый Боб были последними повстанцами из старой гвардии, они были боевыми товарищами и только Боб мог хоть как-то влиять на Лейна, во всех остальных случаях лидер повстанцев не обращал внимание ни на какие авторитеты и личные заслуги и принимал решения только исходя из объективной пользы для общего дела).
— Ну, я готов к тому, что меня будут осуждать за то, что я принёс массовое пьянство в деревню. Но я считаю, что алкоголь окажет разное воздействие на всех. Тут чисто по-библейски, у кого ум есть, Бог даст ещё, а у кого не было, тот потеряет и то немногое, что у него было. Поэтому дураки на деревни пострадают больше всех, но в целом, крестьяне переживут и адаптируются к новой реальности. Повстанцы вообще ничего не заметят, потому что для вас торговля и алкоголь это что-то из внешнего мира, что вы используете в своих интересах. А вот бандиты, с ними всё куда интереснее. Если алкоголя станет резко много, то кое-кто от безделья сопьётся, и у них начнётся моральное разложение. Естественно, проект Зелёный змий не принесёт нам победы сам по себе. Поэтому, как только будет создан товарный рынок, нужно будет провести ещё пару проектов, чтобы расширить возможности и подкрасться к ключевым струнам общества.
Боб замахал указательным пальцем, и потом сделал жест как вертикальная ладонь упирается в горизонтальную, то есть мне пока следовало сбавить обороты. Пользуясь хорошим расположением духа у Боба, я спросил про стратегические вещи.
— Как ты думаешь, если мы захватим Тартар, то сможем изменить ситуацию в мегабункере?
Боб тяжело вздохнул и стал изображать шестерёнки, вертящиеся в механизме, то есть всё было сложно. Я попросил уточнить детали, и он достал из кармана свёрток с махоркой. Боб высыпал коричневый «порошок» и сформировал четыре кучки, от которых исходило множество нитей. Нижняя кучка была Тартаром — нам досталось меньше всего вентиляционных шахт и тоннелей, ведущих на другие этажи, всё было локализовано в нескольких местах и находилось под точечным контролем роботов. Но рядом с нами, немного сверху и сбоку, находилась территория так называемого Дикого Запада, и у них ситуация была намного лучше. Вот оттуда уже можно было начать восстание и распространиться на другие сектора мегабункера.
Как я понял, широкая сеть тоннелей соединяла Дикий Запад с третьей непонятной кучкой. Я указал на неё и Боб изобразил ладонями трамплин, а потом дорогу к конечной цели.
— Значит четвёртая кучка это Кабал? И к нему можно попасть только через этот третий сектор?
Боб кивнул головой.
— Ну да, у нас действительно много работы, — согласился я.
В этот день мы всё-таки провели допрос, и я рассказал нетерпеливым контрразведчикам практически всю правду про мои недавние деревенские похождения. Не то, чтобы мне особо поверили, но так даже лучше — пусть проверяют всех и никому не доверят, так дольше проживём. По сравнению с первым разом, разговоры с особистами прошли очень быстро, и меня прямым рейсом отправили к Бобу. Это был действительно толковый и проницательный специалист, ему ничего не надо было объяснять, и он сам мог посоветовать как организовать дело.
