– Ну так мне это не нравится. Извини, ма, я опаздываю на урок. У меня сегодня гитара. Взрослые! – презрительно фыркнула Анжелика, исчезнув столь стремительно, что когда Мэкси кинулась следом за дочерью в коридор, все, что ей удалось увидеть, были бесшумно захлопнувшиеся двери лифта, перед которыми расстилался коричнево-бежевый ковер.
Мэкси вернулась обратно в спальню, не удосужившись даже заглянуть в другие комнаты своего нового жилища, только что со всей возможной роскошью обставленного Бицетом и Людвигом: в каждой из комнат была настоящая коллекция мебели, картин и скульптур, привезенных ею из ее странствий по всему миру. В комнатах расселились теперь сотни безделушек, которые она покупала не задумываясь, потому что все они казались ей абсолютно необходимыми до той секунды, пока она не становилась их владелицей. В сущности, кроме спальни, она ни разу не пользовалась ни одной из комнат всю ту неделю, что шла работа над макетом. Ела она стоя, прямо на кухне, доставая их холодильника все то, что оставляла ей новая повариха, после чего сразу же отправлялась в спальню, при встрече приветственно махнув рукой Анжелике, если та уже появилась дома.
…Сжав губы (вот они, эти неблагодарные дети!), она набрала рабочий номер «Сиприани, Лефковитц и Келли». Секретарша Рокко ответила, что мистер Сиприани занят на встрече с представителями компании «Дженерал Фудс» и сейчас его нельзя беспокоить. После этого он должен сразу же ехать в студию к Аведону в связи с работой над рекламным роликом для Кэлвина Клайна, это очень важно.
– Но это тоже крайне важно, мисс Хафт, – объяснила свою настойчивость Мэкси, и ее тут же соединили.
– Что там с Анжеликой? – встревоженно спросил Рокко.
– Все в порядке. Невыносимая, как всегда, а в остальном все о'кэй.
– Тогда чего ты, собственно, звонишь? – холодно бросил он.
– Рокко, мне нужна твоя помощь.
– Значит, с Анжеликой, черт подери, что-то стряслось…
– Нет, Рокко. Твоя дочь в полном порядке – и физически и умственно. Но мне нужна твоя профессиональная помощь. По делу. И немедленно. Когда ты сможешь прийти? К тебе в офис я этого принести не могу. Поймешь почему, когда увидишь.
– Послушай, Мэкси, я не знаю, что там тебе надо, но пусть этим «надо» займется кто-нибудь другой.
– Нет.
– Но у меня деловая встреча. Прощай.
– Рокко… если ты не придешь ко мне домой и не поможешь мне, я… я… разрешу Анжелике употреблять пилюли[46].
– Ты с ума сошла! Ей же всего одиннадцать!
– Ну и что? Скоро уже двенадцать, и потом в известном плане она вполне зрелая девица. Ты ведь сам знаешь, что она развита не по годам. В наше время девочки созревают для материнства гораздо раньше, а учитывая твою бурную латинскую кровь, ни в чем нельзя быть уверенным. Лучше уж перестраховаться, чем потом жалеть. Ты что, не читал последних сводок о беременности среди девочек-подростков? Я помню, что когда была в ее возрасте… – и Мэкси оборвала свою тираду, якобы вспоминая о тех далеких годах.
– Сегодня в девять.
Рокко повесил трубку, не прибавив больше ни слова.
Весело напевая себе под нос, Мэкси позвонила Хильде, своей массажистке, и договорилась, что та появится у нее не позже, чем через полчаса. Так, потом принять основательную ванну, помыть под душем голову – и хорошенько выспаться. И чего только эти мужчины так усложняют себе жизнь? Были бы всегда приветливыми, приятными и услужливыми. Но нет, у них, видите ли, характер. Вот и приходится применять по отношению к ним другие методы воздействия. По натуре Мэкси была человеком прямым, но в чрезвычайных ситуациях годились любые обходные пути. Что касается Анжелики, то она нисколько не мальчишница. И о пилюлях им придется думать лет так, скажем, через пять-шесть, но не раньше. Или, может, она вообще захочет остаться девственницей, пока не выйдет замуж?
Кажется, целомудрие опять входит в моду. Мэкси взяла свой желтый блокнот и с рассеянным видом внесла очередную запись: «Попробуем безбрачие и посмотрим, что получится. Дэн Эйкройд и Чеви Чейз».
– Что
– Ты уже слышал, что я сказала. Я хочу, чтобы ты помог мне довести его до кондиции. И пусть это будет самый красивый макет, который когда-либо существовал на свете. А потом можешь отправляться куда подальше, – деловым тоном произнесла Мэкси.
