Перед тем, как я снова попросила ребят оставить меня на некоторое время наедине с Магистром и услышала от Кита пару колкостей по этому поводу, я, первым делом, с помощью Фреда видоизменила свой наряд, от которого были безжалостно оторваны пышные рукава, куча оборок и низ юбки. На счёт длины юбки с Фредом пришлось поспорить: я собиралась укоротить её практически по колено, а тот, сопя, настаивал оставить по самые щиколотки. В конечном итоге сошлись на длине где-то между этими двумя точками.
Кстати, на мой вопрос о каких-то странных и длинных местных утренних сумерках: «А когда всё же рассветёт? – услышала ошеломительный ответ Кита:
— Так уже день! Через час снова темнеть начнёт – здесь Тиера никогда не светит.
Вот тебе новость – вечная ночь! Тиера – это местное Солнце?
Да-а. Это местечко становилось всё отвратней. Настоящая пустошь. Почему Ведьмина, при полном отсутствии магии, узнавать как-то пока не тянуло.
— Рассказывай! — произнесла нетерпеливо, снова заняв место на коряге напротив Ричарда. Подспудно я каждую секунду ждала появления Такера: нужно хоть что-то успеть узнать, пока тот не свернул Дику шею – боюсь, в этот раз даже мои уговоры не помогут оттянуть этот момент.
Задержав взгляд на моих полуголых ногах, он посмотрел на меня без привычного высокомерия и презрительного ехидства.
— Как всегда в таких историях – всё очень банально: он – сын короля, молодой наследник престола, она – простая юная фрейлина. Попользовался и бросил беременную на произвол судьбы, ведь невеста королевских кровей для него была просватана чуть ли не с младенчества, а незаконнорожденный ребёнок был не нужен.
Действительно, банально. Но именно так в жизни и происходит. Бастарды из покон веков были у любого короля. И у Эктура, судя по признанию об обилии в его жизни женщин, их мог быть с десяток. Вот только не верилось, что он бросил бы собственного ребёнка. Только не Эктур, или я совсем не разбираюсь в людях!
— Тебе об этом мать рассказала?
— Мать его до последнего любила и говорила, что решение исчезнуть из его жизни и не мешать приняла сама. Обычный самообман, — Дик ухмыльнулся. — Ей так было легче. В детстве я верил и мечтал, что когда-нибудь найду отца, и он меня примет. Что это Эктур – король Корнуэла, я узнал от неё только перед самой её смертью.
И ведь, слушая такие признания, невольно видишь перед собой не циника Магистра, который для достижения своих целей ни перед чем не остановится, а вполне нормального человека с нелёгкой судьбой. Кому, как не мне, совсем не знавшей родителей, не почувствовать и не понять эту боль?
Так. Не хватало ещё начать сочувствовать Ричарду!
— Ну, может, она говорила тебе правду? С чего ты взял, что был не нужен Эктуру, если он не знал и до сих пор не знает о твоём существовании?
— Я это знаю! — глаза Ричарда гневно блеснули.
— Но отку… — начала было я, но не успела договорить, прерываемая его насмешливым:
— Он сам меня выгнал!
Сам выгнал…
Значит Эктур знал? Невероятно! Я точно перестала разбираться в людях!
А Ричард продолжил уже без иронии, и я тут же уловила произошедшую в нём перемену - от него повеяло холодом:
— Мне было двенадцать, когда умерла моя мать. Потерять единственного близкого человека, а перед этим узнать, что я сын короля – Эктур к этому времени благополучно принял трон после кончины деда – и обнаружить в себе значительный уровень магической силы, который до этого, как оказалось, специально скрывал один из артефактов матери. Хочешь знать, что я почувствовал?.. — он даже подался ко мне слегка.
Ставший вдруг безумным взгляд светился неприкрытой злобой, а губы скривились в презрительной усмешке:
— Я её возненавидел!..
Сказал – словно плюнул.
О-о… Внутри меня всё сжалось. Такого я точно не ожидала. А он продолжал хлестать словами:
— За то, что скрыла от меня кто я! Скрыла меня от отца! За то, что лишила меня моей судьбы! Лишила и себя, и меня достойной жизни. Как я ненавидел и презирал её в тот момент! И она поняла это – я видел по её взгляду перед тем, как она испустила свой последний вздох…
Я уставилась на него в ужасе.
Его мать умерла, зная, что единственный сын её ненавидит?.. Высшие силы, как же он с этим живёт?
— Я не мог ей простить того, что она сделала с нами! Она бежала из Корнуэла в Бартон – одно из самых захудалых, сильно пострадавших от нападений Бездны королевств. Считала, что уж там-то её искать никогда не будут. Мы жили впроголодь на старой ферме, как простые крестьяне, не имея ничего. А она даже магию нашу прятала! Но не учла одного: что, попав в рабство – выбраться оттуда уже никогда не сможет.
Я почувствовала облегчение, когда Ричард замолчал, откинувшись обратно на ствол дерева и прикрыв глаза.
Мне нужна была эта временная передышка. Он задавил меня всплеском своих негативных эмоций. Его токсичная энергетика – о, теперь я легко узнавала её сущность, вспоминая Эктура – душила, а ведь всё самое интересное, надо думать, было ещё впереди.
