Она картинно вытянула руку и пошевелила пальцами. Под мягким сентябрьским солнцем резко сверкнули грани на камушке.
— Вот! Кольцо с настоящим брюликом подарил! — гордо произнесла она. — Ладно, побегу. А то Рой за опоздание взгреет.
Я посмотрела вслед ее худой длинноногой фигурке и поспешила к стоянке.
Сев за руль, я задумалась. В квартиру почему-то не хотелось.
«В наш особняк, что ли, вернуться на пару дней?» — подумала я.
Но, вспомнив кислую рожу Эмдуровны, я тут же выбросила эту мысль из головы.
И тут позвонил Ден.
— Привет, детка, — нервно заговорил он. — Хорошо, что ты досягаема, а то с этими съемками твой телефон постоянно сейчас отключен.
— Привет, — радостно ответила я. — А ты чего такой взбудораженный?
— Да застрял на трассе. Опять моя «девятка» маху дала. Сил уже нет на эту рухлядь! Ты мне не дашь телефон твоего механика? Он тогда что-то объяснял, да я, дурак, не слушал!
— Аварийку вызови, — предложила я. — Ты далеко?
— Только за МКАД заехал. Возле какого-то поселка сижу. Я домой на два дня решил смотаться. Мать себя плохо чувствует, вот лекарства достал по случаю.
— Ты вот что, Ден, жди меня, — неожиданно решила я. — Я скоро подъеду.
— Ну смотри, — растерянно произнес он.
Я рванула с места, совсем забыв, что сижу не на гоночной «Ауди ТТ», а на городском и сугубо дамском «Форд Фиеста». Чертыхнувшись, я пришла в себя и плавно выехала на дорогу, удивляясь своему поступку.
Дена я нашла легко, следуя его указаниям, которые он давал мне по телефону. Горьковское шоссе оказалось в это время дня довольно свободным, и я доехала быстро. Его «девятка» стояла на обочине.
— Давай, пересаживайся, — сказала я и открыла дверь.
— Но как же машина? — спросил Ден. — Да и ты куда собралась?
— Все уже устроено. Я позвонила нашему механику. Уже выехали. Заберут, отвезут к нам, посмотрят и т. д. Ты что, сомневаешься?
— Но подожди! — сказал он, садясь рядом со мной. — Это как-то… неудобно!
— Кто бы говорил об удобствах! — засмеялась я. — Мужу я сказала, что мой брат застрял на своей гребаной «девятке». А уж Эмдуровна подтвердит, не волнуйся. Для тебя она расстарается! Ну что, поехали в твой Владимир? — весело спросила я.
— Но Виктория! — попробовал возразить Ден.
— Тебя не устраивает такой водитель? — развернулась я к нему. — Чем ты недоволен? Я, может, просто решила сменить обстановку и передохнуть от своей нынешней сумасшедшей жизни.
— Черт с тобой! — рассмеялся он.
Во Владимир мы приехали без приключений. Я раньше никогда не была в этом городе и с любопытством смотрела по сторонам. Ден говорил, куда ехать. Стандартный набор церквей, монастырей, старинных особнячков и деревянных домов скоро наскучил мне, и я сосредоточилась на дороге. Но движение здесь было намного спокойнее, чем в Москве, и водители более воспитанны и вежливы. Мы проехали по Большой Московской, главной улице города, потом свернули в какой-то узкий переулок, сплошь застроенный старинными двухэтажными зданиями. Скоро мы оказались возле деревянного дома с деревенским на вид палисадником. Над ровным невысоким заборчиком покачивались на ветерке многочисленные яркие желтые цветы. Я вспомнила, что у моей бабули в деревне были точно такие же. Они назывались «золотые шары».
— Остановись, — сказал Ден. — Мы уже приехали.
Я притормозила возле палисадника и вопросительно посмотрела на Дена. Он улыбнулся немного беспомощно и выбрался из машины. Во дворе уже заливалась собака.
— Тише, Урай! — крикнул Ден. — Свои!
И лай тут же сменился радостными повизгиваниями. Я вышла из машины и заметила, как на окне приподнялась узорчатая белоснежная занавеска. И почти сразу раздался стук двери и чьи-то голоса.
— Погоди, я ворота открою, — сказал Ден.
Он скрылся за большой деревянной дверью. Когда ворота распахнулись, я въехала во двор и заметила раскрытый гараж. Возле него стоял мужчина лет пятидесяти. Ден настолько походил на него, что я сразу поняла, что это его отец. Возле крыльца я увидела полную добродушную на вид женщину. Она заглядывала в машину и приветливо улыбалась.
Я поставила свою «Фиесту» возле старенького «Москвича» и вышла во двор. Возле крыльца меня ждали Ден и его родители. Моя рука так и потянулась к фотоаппарату, но я сдержала свой порыв. Отец — в стареньких, вытянутых на коленях тренировочных штанах и голубой выгоревшей на солнце футболке, мать — в мятом ситцевом халате и с руками, испачканными мукой, Ден — в черных кожаных брюках, черной футболке с красным логотипом AEROSMITH на груди, длинноволосый и ухоженный, огромная лайка, прижавшаяся к его ногам и улыбающаяся во всю морду, — они выглядели странной и немного комичной группой.
Я подошла и вежливо поздоровалась. Ден кратко представил нас:
— Юрий Иванович, Нина Романовна, моя подруга Виктория.
Я скромно опустила глаза и улыбнулась. Нина Романовна пригласила нас в дом.
— Что ж ты, сыночка, не позвонил, не предупредил! — тараторила она, быстро заходя на высокое крыльцо и открывая дверь. — Мы бы встретили вас как положено. Хорошо еще, что с Юрой пельмени затеяли. Вы голодные небось?
