– Хочу написать вам заявление на сокращение рабочего времени на один час, за счёт обеда. Управляющий сидел как вкопанный, держа в одной руке бокал с алкогольной жидкостью. – Могу пояснить, если хотите? – Жуманич помялся, как нашкодивший пацан, и замолчал, вытаращившись на шефа. Шеф смастерил у себя на лице такую физиономию, что мужчина понял, если не объяснить, то будет проглочен и проглочен целиком, вместе с туфлями, за 31 тысячу деревянных, правда подарок. И он глотнул жидкость, из бокала, размером с мини аквариум – аквариумисты поймут. И собравшись с духом, начал:
– Вам наверняка известно, что переедание – смерть, – сказал и тихонько глянул на шефа. Шеф продолжал сидеть, как вкопанный, и лицо его постепенно созревало: садоводы точно поймут. – Так вот, – продолжил он. – И в какой-то момент я поймал себя на мысли, что мне обед не нужен – совсем, понимаете? – и он мельком и быстро глянул на шефа. – Я утром сделал зарядку, принял душ и завтрак – завтрак белковый обязательно: каша на воде, хлеб с маслом, яйцо и обязательно пару ложек творога, с мармеладом и чуть варенья. Всё перемешаю и кушаю. А после завтрака – чай и только чай и полчаса, в кресле, перед телевизором, чтоб всё улеглось, – проговорил и опять взглянул на шефа. Тот уже сидел в расслабленном виде и попивал алкоголь, из таково же мини аквариума. – И я стал замечать, что когда время – обед, а я есть не хочу. А подсасывать у меня начинает только ближе к трём – четырём часам. А там уже и до конца рабочего времени недалеко. И решил я не ходить на обед. В течение дня итак ведро кофе выпиваю. То – печенье, то – конфетки, то – у кого-нибудь что-нибудь, и они тащат и угощают. Короче – я перестал обедать. И постепенно привык, и мне это понравилось. А придя домой, я, конечно, кушаю и первое и второе – сдвинул обед на ужин. Знаете, а это – здорово, – Жуманич произнёс последнее слово, как призыв и умолк. Вжался в кресло и приготовился к казни.
Шеф всё это время, молча, слушал своего любимого и самого умного зама. И ещё немного помолчав, выдержал паузу и произнёс:
– Давно? – очень спокойно спросил он.
– Что давно? – тихо и немного со страхом переспросил зам.
– Давно ударился, я спрашиваю, – уточнил свой вопрос.
– Чем ударился?
– Головой – головой своей бестолковой, – на повышенном голосе проговорил шеф.
– Зря вы так, зря, – решил защищаться Жуманич.
– Ладно, я же – не в обиду. Ты мне мозг не травмируй. Он и так весь поеден, – довольно спокойно начал шеф. – С утра до вечера, двадцать четыре часа, семь дней в неделю, тридцать один день в месяц, – голос шефа становился всё громче и громче. – Триста шестьдесят пять дней в году мне его выносят и грызут и грызут, черти, – он приподнялся в кресле и рухнул, еле удержав мини аквариум со спиртным.
И только, Тот, который везде и всегда, улыбнулся своим оскалом.
– И ты ещё здесь, со своим обедом, – продолжил он и крикнул:
– Зайди! – да крикнул он так, что звуковая волна с силой открыла дверь кабинета. В кабинет вбежала испуганная секретарша.
– Видишь, – и он указал пальцем на мужчину. Жуманич вытаращился на кончик опухшего указательного перста хозяина.
– Да, – еле держась от страха, да ещё на шпильках, произнесла она.
– С завтрашнего дня, он в отпуске, поняла? – жёстко и членораздельно произнёс управляющий.
– Да. Поняла. Всё сделаю, всем позвоню.
– Всё, иди.
Секретарь выбежала и прикрыла дверь.
– Как дочь? Всё хорошо? – очень мягко, даже как-то по-отцовски спросил шеф.
– Спасибо, всё обошлось, слава Богу, – ответил Жуманич. – Спасибо, выручили. Я отдам, понемногу.
– Ладно, брось. В папке что? Отчёт?
– Да.
– Давай и иди. И зайди к мозгоправу – мозг проверь, – сказал шеф и улыбнулся. – Пусть тебе там голову пропылесосят, понял?
– До свидания, – сказал Жуманич, никак не отреагировав на шутку шефа, покинул кабинет и отправился в отпуск. На что шеф махнул рукой, словно отмахнулся.
Шеф проводил взглядом уходящего зама и вышел в приёмную. Встал перед секретаршей и так взглянул на неё, что та вжалась в кресло от страха и растворилась в нём.
– Ты почему не на обеде? – спросил он.
– Я не хожу в столовую, – был слышен голос, но кто и где его произносил, не было видно.
– Почему? – удивлённо спросил шеф.
– Не знаю. Я не обедаю. Яблоко беру из дома, да так в течение дня – чай, кофе, – кто-то в кресле зашевелился, и стало понятно – кто.
Шеф постоял, глубоко задумался и продолжил допрос.
– Как думаешь. Если рабочий день, допустим, сделать с девяти и до полпятого и без обеда. Всё равно все только и носятся весь день, с кружками.
– А зарплата не пострадает и всё остальное? – осмелилась спросить секретарша и пожалела, когда увидела на лице шефа, как улыбка постепенно сползала в оскал.
– Вызови ко мне кадровика, введи его в курс дела, чтоб подготовленный подошёл и сделал доклад, по поводу изменения времени и режима рабочего дня. Поняла? Она покивала головой. А он вошёл в кабинет и закрыл дверь.
