Глубина – вся мысль моя поглощена.
Я не вверюсь ногам своим —
Это сдвинет нас. А мы сидим
Так прямо.
И кто бы подумал сейчас —
Что внизу Западня – Западня —
Не слышно дна – и не видно дня.
Провал и все ж круговая цепь —
Семя – Лето – Склеп.
Рок – сужденный кому?
Почему?
Любовь на свете может все —
Лишь мертвых не вернуть —
Вернула б силою своей —
Да подводит плоть.
Усталая – спала Любовь —
Голодная – паслась —
Добычу лучезарный флот
Унес – и скрылся с глаз.
Дважды жизнь моя кончилась —
Раньше конца —
Повторится ли – знать хочу —
В третий раз – такое Событие —
Даже Вечности не по плечу —
Огромное – ни понять – ни объять —
В бездне теряется взгляд —
Разлука – все – что мы знаем о Небе —
Все – что придумал – Ад.
Сердцем моим горда – оно разбито тобою.
Болью моей горда – из-за тебя терплю.
Ночью моей горда – ты ее утолил луною.
Отреченьем моим – страсти твоей не делю.
Нет – не хвались – что один – как Иисус – ты остался
В час – когда чаша скорбей тобой была испита.
Ты проколоть не смог пустопорожний обычай.
Крест твой пошел с молотка в счет моего креста.
Главнейшие народы мира
Малы на взгляд.
Для них всегда открыто небо —
Не страшен ад.
Но много ль скажут любопытным
Их имена?
Народами шмелей – и прочих —
Трава полна.
Как сдержанно таит в себе —
Не выдает вулкан
Багрянец замыслов своих —
Недремлющий свой план.
Зачем же – люди – нужен нам
Слушатель случайный —
Когда природа в тишине
Вынашивает тайны?
Ее молчания укор
Болтливых не проймет —
Но и они хранят секрет:
Бессмертие свое.
Из чего можно сделать прерию?
Из пчелы и цветка клевера —
Одной пчелы – одного цветка —
Да мечты – задача легка.
А если пчелы не отыщешь ты —
Довольно одной мечты.
Здесь лето замерло мое.
Потом – какой простор
Для новых сцен – других сердец.
А мне был приговор
Зачитан – заточить в зиме —
С зимою навсегда —
Невесту тропиков сковать
Цепями с глыбой льда.
То – что Любовь: – это все —
Вот все – что мы знаем о ней —
И довольно!
Должен быть груз
Приноровлен к силе тяжей.
Голосов природы не счесть —
Там – где они не звучат —
Неведомый нам Полуостров —
Красота – вещественный факт.
Но от лица всех Морей —
И от лица всех Земель
Свидетельствует Сверчок —
Он – элегий предел.
Печальнейший – сладчайший хор —
Безумнейший – растет.
Так ночь весной
Под гомон птиц
Готовит свой исход.
Март и Апрель —
Меж двух границ
Магический предел.
Там дальше
Медлит летний срок —
Мучительно несмел.
Припомнить спутников былых
Сейчас – больней всего.
Они дороже стали нам —
Разлуки колдовство.
Подумать – чем владели мы —
О чем скорбим теперь!
Молчите – горлышки сирен!
Закрыта к мертвым дверь!
Способно ухо – как ножом —
По сердцу полоснуть —
Ведь сердце глухо – но к нему
Сквозь слух короткий путь.
Велели Аврааму
Нанести удар.
Был Исаак мальчишкой —
Авраам был стар.
Ни тени колебанья —
Вот сын мой – для костра!
Польщенный послушаньем,
Одумался тиран.
В живых остался мальчик.
Мораль – приятно знать —
С манерами мастифа —
Способна побеждать.
Мы шлем Волну – найти Волну —
Чудеснейший посыл.
Гонец – любовью увлечен —
Вернуться позабыл.
Мы учим втуне – как всегда —
Мудрости урок:
«Плотиной Море загради —
Когда оно уйдет».
Эмили Дикинсон не готовила своих стихов для печати. Датировка, прочтение и точная реконструкция стихов Эмили Дикинсон в их первозданном виде поставила перед текстологами и исследователями ее творчества ряд трудных задач.
Стихи не имеют заглавий, но, посылая стихотворение в письме, Эмили Дикинсон иногда ставила заглавие, чтобы облегчить понимание: «Снег» («Он сеет – сквозь свинцовое сито…»), «Колибри» («Дорога мимолетности…»).
Эмили Дикинсон создала систему записи стиха, уникальную в американской поэзии. Очень большую роль играет знак тире. Расчленяя стих, знак паузы – тире – содействует его большей выразительности и ритмическому разнообразию. Для унификации текста эта система применена нами и в тех стихотворениях, которые не сохранились в автографах.
Нередко один стих делится на две строки. Ключевые слова, несущие особенно сильную смысловую и эмоциональную нагрузку, выделяются заглавными буквами.
Переводы выполнены по наиболее компетентному американскому изданию: The Poems of Emily Dickinson, edited by Thomas H. Johnson, Harvard University. Cambridge, Massachusets, 1963, в трех томах, а также The Letters of Emily Dickinson в том же издании, 1958, в трех томах.
«Вот все – что я тебе принесла!..» (стр. 19). – Стихотворение, видимо, было послано вместе с цветами.
«Подруга поэтов – Осень прошла…» (стр. 35). –
