Но я не послушала его. Не послушала, ведь у меня просто не было выбора! Ваас говорил о том, сколько боли принесет мне борьба на стороне его сестры, однако был абсолютно уверен, что жизнь в качестве рабыни и подстилки богатых папиков — более хороший исход для меня и моих друзей. Я не была согласна с его приговором. И единственным спасением я видела помощь в лице Денниса и ракъят. Я и знать не знала Цитру, но кое в чем Ваас был прав: я бы пошла к ней. Днем раньше, днем позже, но пошла. Ведь эта женщина, по словам Денниса, да и что таить, по словам самого Вааса, дала бы мне силу в борьбе против его диктаторства. Я не знала, что это за сила, но одна мысль о ней стала для меня спасательным кругом, последней надеждой.
Так в чем я виновата?! В том, что так хочу жить? В том, что мне не плевать на судьбы своих друзей? Или в том, что сестра Вааса сломала ему жизнь, и теперь он отыгрывается на мне, прикрываясь такой своеобразной заботой?
— Я не просила этого ни у кого! — дернула я рукой, на которой было татау. — Оно мне даром не сдалось! Это был не мой выбор, Ваас!
«Какого хера я вообще оправдываюсь перед ним?»
— Тогда, сука, что оно делает на твоей руке?
— Деннис набил его, пока я была в отключке. До этого он ни разу не упоминал о татау. Все, что он делал — это пытался наставить меня на путь воина и разжечь ненависть к тебе и твоим пиратам.
Ваас не сдержал усмешку, и это разозлило меня еще больше.
— Думаешь, ты воин, только потому что у тебя тату на руке? — процедил пират, понизив голос. — Я сведу его, Mary. Выжгу. И глазом не моргну, bonita…
— Ты правда думаешь, что я верила во все эти бредни? — обиженно спросила я. — Да я никогда не считала себя ебучим воином. Я не такая наивная девочка, как ты думаешь. Да, после смерти Евы, я думала о мести. Это было на эмоциях. Я думала только о том, как хочу отомстить вам за ее страдания… Но знаешь, теперь я поняла кое-что… — ехидно прошептала я. — Больно мне сдались твои пираты. Да больно мне сдался ты! — громче процедила я ему в лицу.
Глаза пирата недобро блеснули, а дыхание сбилось.
— Все, чего я желаю — это спасти остальных и свалить с твоего проклятого острова, подальше от тебя, от Денниса, от вас всех! Мне плевать, что ракъят пользуются мной, пока я могу извлечь из этого выгоду. Только поэтому я на их стороне.
Вырвав свое запястье из руки мужчины, я заглянула в его бешеные изумрудные глаза.
Он даже не воспротивился, продолжив смотреть сквозь меня.
— Так что не смей называть меня продажной крысой или как бы то ни было еще! Ты ничего обо мне не знаешь, чтобы судить, Ваас…
— И кто мне говорит об этом? — понизил голос пират, подходя на шаг ближе. — Не ты ли, мелкая сучка, вечно осуждала меня? Ничего не знала обо мне, но брала на себя роль гребаного Бога и осуждала меня?! — процедил он.
— За все, что ты причинил мне и моим друзьям, я имею полное право ненавидеть тебя.
— Ты говоришь о правах на моем острове… — засмеялся Ваас моей наивности, но затем во взгляде его что-то изменилось.
Он отстранился и облокотился о недалеко стоящий стол, сложа руки на груди и по-хозяйски устремив взгляд на суматоху в его лагере. Повисло минутное, напряженное молчание. И тут я вспомнила о разговоре двух пиратов в особняке Эрнхардта и решила спросить:
— Ваас?
— Да, принцесса? — не отводя глаз от окна, ответил пират.
— Скажи честно, зачем я здесь?
Ваас перевел на меня заинтересованный взгляд и задумался. Затем он усмехнулся и пожал широкими плечами.
— Я купил тебя.
Я не сразу поняла, о чем он. И мое выражение лица отлично олицетворяло мое недоумение.
— Что, прости? То есть, «купил»? — нервно усмехнулась я, сложив руки на груди подобно Монтенегро.
— Не тупи, принцесса. Я отдал за тебя кругленькую сумму и теперь являюсь твоим полноправным хозяином. Правда, я и до этого мог делать с тобой все, что душе угодно… Но теперь хотя бы не будет проблем с сученышем Хойтом.
В ответ на это заявление я бросила взгляд к окну, не в силах смотреть на ухмыляющегося мужчину.
— Охринеть! — нервно усмехнувшись, повторила я, а затем резко развернулась к пирату. — Какой же ты все-таки…
— Тс-с-с, — пират приложил палец к своим губам и невинно улыбнулся. — Без оскорблений, дорогая. Окей?
Я увела раздраженный взгляд, тяжело вздохнув, а затем вновь перевела его на довольного до чертиков Монтенегро, пуская в того молнии. Богом готова поклясться, что в тот момент из моей бошки показался горячий пар.
— А чего такая мина недовольная? — наигранно обиженно спросил пират, но его уголок губ все равно дернулся вверх. — Я, по-твоему, хуже старого извращенца, к которому ты бы могла отправиться? Так сказала бы заранее о своих предпочтениях, принцесса, я бы и не растрачивался! Или ты думаешь, я купил тебя, чтобы взирать на твой недовольный еблет 24/7?
— Перестань уже.
— Что именно?
