«Хватит забивать себе голову, » — пригрозил внутренний голос. «Лучше направь работу своих извилин на придумывание плана побега!»
Я бросила десятый по счету взгляд на принесенный ужин и нехотя поднялась с матраса, садясь за стол.
«И все же силы терять нельзя, » — убедилась я, беря в руки ложку. «Иначе в следующий раз, когда ты распустишь свой длинный язык и Вааса это выбесит окончательно, ты просто отрубишься на месте, стоит ему только пальцем дотронуться до тебя».
А вот жажда меня действительно мучила — съев несколько ложек супа, я отставила тарелку в сторону и взялась за стакан воды, опустошая тот до дна. И только в последний момент, допивая содержимое, я заметила на его донышке оставшиеся частицы какого-то белого порошка.
Внутри что-то щелкнуло — я тут же отставила стакан подальше и поднялась из-за стола. В голове крутилась только одна мысль:
«Наркотик? Неужели они подсыпали мне чертовы таблетки?!» — судорожно размышляла я, стараясь не паниковать.
Я рухнула на матрас, не зная, как быть. Я просидела так около получаса, судорожно наблюдая за ощущениями. Изменений ни в теле, ни в сознании не было. Но это не успокаивало. Схватившись за голову, я попыталась обнадежить себя наивной мыслью, что в стакане, чертовом, мать его, стакане с чистой, прозрачной на вид водой, был вовсе не наркотик, а что-то иное, что-то безобидное, обезболевающее какое-нибудь или снотворное, я не знаю! Но внутренний голос упорно твердил:
«Не будь такой наивной дурой…»
Оставалось гадать, была ли эта гребаная подстава от Монтенегро и… Как он может воспользоватья моим состоянием.
Паника нарастала, но я мужественно ее сдерживала. Я решила все оставшееся время до возвращения главаря пиратов не двигаться с места, сидеть на матрасе и не позволять себе совершать лишние телодвижения.
«Лучше я перестрахуюсь и буду себя контролировать до последнего осознанного вздоха, чем потом буду разгребать то, что успела натворить…»
***
Мне казалось, что я жду возвращение главаря пиратов уже которые сутки, но, разумеется, это было не так. Время словно замедлилось, и меня не на шутку пугало это. Я смотрела в окно напротив и наблюдала, как неспешно передвигаются пираты, как медленно ветер раскачивает листву, как в замедленной съемке происходит очередной кишип между людьми Вааса. Все, что двигалось, оставляло отпечаток своего силуэта в моем сознании, от чего порой мне казалось, что все плывет перед глазами. Это нельзя было сравнить с предобморочным состоянием, так как головокружения я не чувствовала: все просто периодически замедлялось, а затем вновь возващалось к привычной скорости.
Сижу по-турецки и нервно сжимаю колено, впиваясь в нежную кожу ногтями. Ничего, кроме как легкой заторможенности, я больше не чувствовала. Но мне не было от этого легче — меня пугала дальнейшая неизвестность.
До ушей доносится звук приближающихся шагов. Ко входной двери кто-то подходит и вставляет ключ — я бросаю испуганный взгляд, тут же чувствуя неприятную тупую боль в затекшей шее после столь долгого отсиживания в одном положении. Но я не обращаю на это никакого внимания: все оно было направлено на вошедшего. При виде Вааса в висках вдруг запульсировало. «Как не вовремя.» Из-за этого звона я даже не расслышала его привычное сухое:
— Хэй, amiga… Скучала по мне? — адресованное мне, хотя пират даже не посмотрел в мою сторону, застыв у порога.
Он смотрел на улицу, вертя в ладони связку ключей.
— Давай поднимай задницу. Пойдешь со мной.
Я нервно сглотнула. Почему-то казалось, что если я еще хоть на милиметр сдвинусь, то я тут же потеряю весь контроль над своим телом. Я бросила быстрый взгляд на улицу — пираты все так же двигались слишком медленно, чтобы это было правдой, — а затем еще раз на Вааса — тот, видимо, не допер моей медлительности и раздраженно обернулся ко мне. Мы встретились взглядами, и если в его глазах читался немой вопрос, то в моих — цирковая обезьянка стучала в музыкальные тарелки.
— Тебе особое приглашение нужно, amiga? Эй, ты меня слышишь? — уже громче спросил пират, щелкнув пальцами.
И пускай он стоял в паре метров от меня, этого жеста хватило, чтобы меня как током пробило. В один момент щелчок его пальцев стал настолько громким в моих ушах, что я мотнула головой, быстро поднялась и прошла мимо Вааса на выход, бросив раздраженно:
— Да иду я! Иду!
«Что, черт возьми, мне ожидать от своего тела еще…» — судорожно размышляла я, идя возле пирата в знакомом направлении.
***
